Клондайк: как Джек Лондон искал золото на Аляске

Когда будущий автор «Зова предков» и «Белого клыка» отправился на Аляску в поисках золота, ему минул всего 21 год. Однако уже тогда Лондона нельзя было упрекнуть в наивности и отсутствии жизненного опыта.

Биографы писателя предполагают, что его мать Флора Уэллман забеременела от астролога Уильяма Чейни, который требовал от нее сделать аборт и чуть не довел до самоубийства. На протяжении всей жизни Лондон так и не знал точно, приходится ли Чейни ему отцом. Какое-то время Джека воспитывала соседка матери. Потом Флора вышла замуж за фермера Джона Лондона. Тот дал ее сыну свою фамилию.

Джек рос в условиях жесточайшего экономического кризиса. Чтобы помочь прокормить семью, в 1889 году, когда ему было всего 13 лет, он нанялся на консервный завод, где приходилось работать по 18 часов в день. В 15 он присоединился к банде устричных пиратов — браконьеров, под покровом ночи совершавших набеги на частные промысловые отмели в заливе Сан-Франциско.

За браконьерство тоже грозил срок, а то и пуля, если владельцы устриц добирались до пиратов прежде полицейских. Но Лондону повезло, он ни разу не попался. А чуть позже и сам присоединился к рыболовецкому патрулю, который выслеживал пиратов.

В 17 лет юноша нанялся на промысловое судно к суровому капитану, послужившему прототипом для главного героя одного из самых известных романов Лондона — «Морской волк». На этом корабле Джек пересек Тихий океан и побывал в Беринговом море, где моряки били тюленей.

До поездки на Аляску он успел поработать на джутовой фабрике и железнодорожной электростанции, отсидеть месяц в тюрьме за бродяжничество и поучаствовать в протестном марше безработных на Вашингтон. К 21 году Лондон повидал разных переплетов больше, чем многие люди за всю жизнь. Неудивительно, что, когда на реке Клондайк на Аляске обнаружили золото, Джек, который тогда был бедным начинающим писателем, в первых рядах засобирался на север искать приключения и богатства.

У Джека не было своих денег, чтобы организовать промысел, но ему опять повезло: его 62-летний шурин Джеймс Шепард тоже загорелся идеей добывать золото. Тот заложил дом и на полученные деньги купил все необходимое: отороченные мехом куртки, тяжелые ботинки, толстые перчатки, палатки, одеяла, топоры, портативную плитку для готовки, шахтерское оборудование, инструменты, чтобы самим строить лодки и бытовки, а также годичный запас провианта.

Чтобы добраться до Клондайка, старателям пришлось протащить на себе часть груза через Аляскинский хребет — остальной багаж они отправили с носильщиками из коренного населения, потратив солидную часть своего бюджета.

Тропа, по которой брели Лондон, Шепард и несколько их товарищей, оказалась слишком крутой, чтобы на ней можно было воспользоваться повозкой. Иногда почва становилась болотистой. Порой авантюристам приходилось преодолевать бурные водоемы, балансируя на рухнувших деревьях. Тот, кто не удерживался и срывался, обычно почти сразу тонул под весом снаряжения.

Примерно за 15 километров до ключевого перевалочного пункта для золотодобытчиков, города Дайи, Шепарда из-за нагрузки и огромных дистанций настолько одолел ревматизм, что он распрощался со спутниками и повернул обратно. Остальные побрели дальше под проливным дождем, по колено в грязи.

Они сделали еще одну остановку в палаточном городке перед перевалом Чилкут — последним рубежом между американской Аляской и канадской территорией Юкон. Сам перевал был настолько крутым и опасным, что многие, оценив свои силы, разворачивались и уходили. Некоторые пытались вскарабкаться по склону, но из-за слабости, усталости и отсутствия подготовки срывались вниз, получали серьезные травмы. Всего за время золотой лихорадки на Чилкутском перевале от лавин и оползней погибли около 70 человек.

Большинство зевак предсказывали им крушение — расстояние от лодки до гранитных камней, по обе стороны окружавших реку, в некоторых местах не превышало двух метров. Во многом успех предприятия зависел от мастерства Лондона, поскольку лишь у него был опыт ходить под парусом. Риск оправдался, благодаря стремительному течению и грамотному руководству Джека они проскочили опасный участок за пару минут без единого повреждения, если не считать сломанного весла.

Следующим испытанием стали пороги в районе поселения Уайтхорс, там пришлось преодолевать волны, вихри и острые камни. Но мореплавательные способности Лондона и тут обеспечили ему и его соратникам безопасное продвижение. После этого Джек пешком вернулся и помог переправить ялик через пороги молодой паре. Один из участников группы Лондона, репортер Фред Томпсон, записал у себя в дневнике, что той ночью они засыпали с ощущением хорошо проделанной работы.

Однако после этого путешественникам пришлось замедлиться из-за плохой погоды. Северный ветер, сильные снегопады и густой туман не позволили быстро достичь цели. Не желая застрять среди льдов, 9 октября они сошли на берег и разбили зимний лагерь в окрестностях устья реки Стюарт. Застолбив там участок для поиска золота, Лондон отправился за разрешением на добычу в ближайший город Доусон.

Это место стало центром притяжения для авантюристов со всей Америки. Примерно пять тысяч его жителей ютились в палатках и лачугах. Зато с появлением спроса со стороны золотодобытчиков в городе расцвела индустрия развлечений, начали открываться бары и игорные дома. Лондон провел в Доусоне полтора месяца. Там он познакомился и подружился с двумя братьями, Луисом и Маршаллом Бондами, и их собакой, помесью сенбернара и колли по кличке Джек. Последний позже послужил прототипом Бэка, пса из повести «Зов предков».

«Он всегда говорил и вел себя с собаками так, будто признавал их благородные качества, но воспринимал их как нечто само собой разумеющееся, — рассказывал про Лондона один из братьев Бонд. — Он сразу замечал выдающиеся черты и ценил их в собаке так, как ценил бы в человеке».

Температура в Доусоне в конце осени опускалась до 40 градусов ниже нуля. Отчасти чтобы согреться, Лондон проводил много времени в барах. Там он заслушивался историями суровых бывалых золотодобытчиков, которые считали такую погоду мелким неудобством, расплачивались самородками и проигрывали крупные суммы в карты. Время, проведенное среди этих людей, позже помогло Лондону реалистично описывать закаленных авантюристов в своих произведениях.

Вернувшись из Доусона в декабре 1897-го, Джек зазимовал с тремя своими попутчиками в заброшенной и тесной хижине лесорубов. Сквозь щели в бревнах задувал ветер, а температура снаружи доходила почти до минус 70. Их рацион состоял из бобов, бекона и хлеба на закваске. Иногда они охотились и добывали дичь, а воду нарубали топорами из замерзшей реки.

К концу зимы лачуга стала популярным местом среди старателей. Знакомые из Доусона и других поселков стягивались к ним, чтобы выпить, поиграть в карты и послушать байки Лондона о морской службе. Почти все приятели тех дней позже в том или ином виде появились на страницах его книг.

Они не нашли почти никакого золота. От долгого пребывания взаперти у них развилась так называемая «кабинная лихорадка» — мужчины начали цепляться друг к другу по пустякам, а как-то один из соседей даже пригрозил Лондону ружьем.

Угнетающе на них действовали и условия в хижине: пол представлял собой голую заледеневшую землю, спать приходилось на еловых ветвях и шкурах животных. Хуже всего было то, что из-за отсутствия свежих продуктов и физической нагрузки у них развилась цинга. От этой болезни в то время погибло много старателей. Она же оборвала короткую карьеру Лондона на поприще золотоискателя.

К весне десны писателя опухли и кровоточили, зубы шатались, а на сухой коже появились темные пятна. Все это были распространенные симптомы цинги. Когда потеплело и лед сошел, Джек и его товарищи разобрали хижину на бревна, сделали из них плот, доплыли до Доусона, а там продали древесину за $ 600. Часть своих денег Лондон потратил на лимоны, чтобы ослабить симптомы болезни. 

Вместе с двумя неудавшимися старателями он отправился по Юкону к Берингову морю на небольшой весельной лодке, это почти 2500 километров. По дороге путешественники стреляли гусей, ловили лосося и несколько раз вытаскивали лодку на берег, чтобы посмотреть на танцы коренных народов. 18 июня Лондон в первый раз за год поел овощи. Из-за цинги он уже начал прихрамывать на правую ногу, но через несколько недель вернулся в Сан-Франциско, где благодаря должному питанию и уходу полностью восстановился.

Стоимость золотого песка, привезенного Лондоном с Аляски, не превышала четырех с половиной долларов. На Клондайке же лето 1897 года стало самым оживленным: население региона выросло до 30 тысяч человек. Из них почти половина жила в Доусоне. Но разбогатеть удалось лишь нескольким счастливчикам. В 1899-м клондайкская золотая лихорадка, по сути, закончилась — авантюристы перебрались в город Ном в устье Юкона, где нашли новые месторождения.