ЧТИВО, просветительская компания «Глазами Инженера» и сеть кофеен Surf Coffee запускают новый проект, интересный, как хороший роман, — это оригинальный аудиопутеводитель, послушать его можно только на нашем сайте. Первая глава — Москва. Пройдемся от Китай-города по Солянке к палатам Мазепы. Рассмотрим лепные медальоны на фасаде особняка Юргенсона, погладим старейший тополь в Колпачном и восхитимся декором Дома со зверями.
Москва росла кольцами, горела и отстраивалась заново, объединяла века, и почти на каждом шагу здесь видно сразу несколько времен.
План
города
[01:24]
Китайгородская стена — второе по старшинству укрепление после московского Кремля. Кремль поначалу защищал своими стенами всех живших в поселении. Но рядом с крепостью рос посад: торговый, ремесленный, шумный. Его в первой половине XVI века решили тоже взять под защиту. Кремлевская стена — высокая, с зубцами, рассчитанная на оборону, по меркам той эпохи.
Китайгородская выглядела иначе: ниже, но заметно толще, с широкими площадками наверху. К середине XVI века главной при осаде стала артиллерия, поэтому стену проектировали уже под пушки — чтобы неприятельские не пробивали, а наверху можно было поставить и перемещать свои. Это один из первых московских примеров фортификации нового, «порохового» типа.
Улица
[03:59]
Когда-то Солянка называлась Яузской, потому что вела к Яузским воротам Китай-города и дальше к реке. Но в XVI–XVIII веках здесь стоял Соляной рыбный двор, и народ дал улице «утилитарное» название, оно вытеснило прежнее, «географическое». Это типичная московская история: топоним рождается от того, чем место живет.
Фасады домов здесь из разного времени. Самое величественное здание — Опекунский совет, его возвели после пожара 1812-го года. А рядом, всего через несколько десятилетий, поднялись совсем другие дома — монументальные доходные кварталы начала XX века, плотные, нарядные. Сегодня у Солянки третья жизнь — уже не купеческая, а вечерняя: имя улицы давно стало почти синонимом баров, кофеен и ночной Москвы.
Комплекс построек
[06:19]
На углу Солянки и ул. Забелина стоит «Серый дом на Солянке». К началу ХХ века обветшавшие складские постройки отдали под доходную застройку Московскому купеческому обществу, и здесь появился целиком спроектированный комплекс. Купеческое общество строило дома с размахом: шесть этажей, монументальный неоклассицизм, барельефы с фигурами Славы на фасадах.
В этом квартале можно увидеть маленький автономный город. Корпуса образуют правильные прямоугольники с внутренними дворами–колодцами, связаны сквозными проездами, а под ними устроена целая система подвалов, почти повторяющая логику старого Соляного двора. Сегодня первые этажи и те самые шервудовские подвалы заняты ресторанами, барами и кофейнями.
Здание
[08:33]
Палаты в Колпачном переулке называют палатами Мазепы. Это одно из древнейших гражданских зданий Москвы: нижний этаж с белокаменной палатой возведен в XVI веке, верхний надстроен в конце XVII. Дом старше почти всего, что стоит вокруг. Гетман, скорее всего, никогда здесь не жил, но городская легенда закрепила за зданием его имя.
Строение выходит в переулок скромным, почти глухим фасадом, а во двор раскрывается нарядной стороной с наличниками московского барокко. Это примета допетровского времени: парадное прятали, богатство не выставляли напоказ. По кладке и сводам видно, как здание росло — от палаты XVI века вверх и вширь.
Деталь
[10:29]
Лепные медальоны на фасаде особняка Юргенсона в Колпачном переулке, 9 — это львиные маски и изящные женские головки, типичный «портретный» декор благополучного дома начала XX века. Дом принадлежал семье Петра Ивановича Юргенсона, крупнейшего нотного издателя России, напечатавшего почти все произведения своего друга — Петра Чайковского.
Женская головка в медальоне будто рифмуется с духом дома: культура, музыка, тонкий вкус. По такой детали читаются и статус, и время. Лепной медальон — это не резной белый камень и не барочный кирпич, а фабричный, тиражируемый декор эпохи модерна и неоклассики, когда красоту уже «ставили на поток».
Природа
[12:08]
Старейший тополь в окрестностях Маросейки и Покровки растет во дворе усадьбы Долгоруковых в Колпачном переулке, 6. Тополя редко доживают до таких размеров и такого возраста — большое старое дерево в центре города всегда исключение, а не правило. Усадьба Долгоруковых — это палаты XVII века.
Городские усадьбы держали при себе «приватную зелень», поэтому у тополя за высоким забором, а не на улице, появился шанс дожить до наших дней. В 1812 году Наполеон разместил в усадьбе свою полицию. Здания, двор, и сад пережили страшный пожар, который уничтожил большую часть городской застройки и растительности. Старый тополь — живой свидетель тех событий.
Монументальное искусство
[13:42]
Доходный дом церкви Троицы на Грязех, или «дом со зверями» на Чистопрудном бульваре, построен в начале XX века. Сдавать квартиры в аренду и при этом превратить фасад в галерею — очень московская идея начала XX века. По фасаду расходятся диковинные звери, птицы и растения: совы, львы, фантастические существа, сплетенные с орнаментом.
Автор, Сергей Вашков, вдохновлялся резьбой древнего Дмитриевского собора во Владимире, но не копировал ее, а пересказал по-своему — крупно, гротескно, на языке модерна. В 1940-е дом надстроили, часть рельефов была утрачена — то, что мы видим, лишь фрагмент замысла. Реставрации возвращают зверям лица, но шрамы истории на фасаде остаются видны.
