Аргентинские муравьи: дикая орда в мире насекомых

Заливные луга вдоль реки Парана в Южной Америке — суровое место. Регулярные затопления вынуждают насекомых перемещаться, а после того, как вода схлынет, — заново бороться за освободившуюся территорию. В таких условиях аргентинский муравей стал воинственным кочевником: многочисленным, агрессивным, способным преодолевать огромные расстояния относительно своих размеров.

Даже для муравья он мал, царица едва достигает 5 мм, рабочие и самцы — не более 3 мм. А солдат у этого вида нет, «линепитемы смиренные» успешно давят массой. Им нет нужды строить муравейник-холм, они вполне комфортно чувствуют себя в гнезде под камнем или корягой, в котором живет сразу несколько королев-маток. Важно, что эти муравьи не летают в период оплодотворения, а остаются под землей, что также положительно сказывается на выживании и росте семьи. Тем не менее высокая мобильность, взаимо­заменяемость маток и всеядность не дали аргентинскому муравью решающего преимущества в родном ареале.

Попав из Южной Америки вместе с грузом в другие страны, муравьи вздохнули свободно. Нет больше дикой конкуренции с семьями внутри своего вида, не выходит из берегов река, а есть слабые местные насекомые, не идущие ни в какое сравнение с ядовитыми красными огненными муравьями Solenopsis invicta, которые остались дома. Словом, легкая прогулка. И аргентинские муравьи сперва в 1866 году добрались до Буэнос-Айреса, затем отправились на кораблях в США, Чили, Южную Африку, Австралию, Новую Зеландию… Итогом стало образование нескольких сверхколоний на сотни километров с миллионами цариц и получение статуса опасного инвазивного вида.

Жизненное кредо аргентинского муравья — такое же, как у Чингисхана: «Победить своих врагов, гнать их перед собой, вырвать у них все, чем они владеют». Во-первых, Linepithema humile уничтожают практически всех муравьев-аборигенов — неважно, во Франции или в Японии. Нападая беспрерывно и съедая всю возможную пищу, они не оставляют шансов даже более крупным и сильным видам. Могут выжить только те, которые бодрствуют, пока «смиренные» в анабиозе. Поэтому, например, выше юга России аргентинские мало чего добились, хоть и встречаются в домах.

На юге Калифорнии береговая жабовидная ящерица, в чей рацион входят муравьи, не умеет охотиться на столь мелких и юрких особей и страдает от их укусов.

В-третьих, помимо нарушения естественных экосистем, аргентинские муравьи наносят ущерб и сельскому хозяйству, разнося тлю — грозу садов. Она, к слову, выделяет экскременты и жидкость, называемую «падь», которыми питаются Linepithema humile. Еще один их источник пищи — расплод, то есть личинки и куколки насекомых, которым не повезло оказаться на пути аргентинского муравья.