По мнению врача, 63-летней разорившейся фермерше из штата Мэн оставалось жить максимум два года. Узнав об этом, дама села на коня и отправилась в Калифорнию. Она проскакала более 5000 километров и прожила после этого 25 лет.
Энни Мейбл Стюарт родилась 13 декабря 1891 года на самом краю американской земли — в штате Мэн. Это произошло на ферме ее деда, одного из первых переселенцев в тех краях. Оставленное стариком хозяйство было единственной заботой его потомков. Ничего другого на своем веку они не видели. Такое же будущее ждало и Энни. Ради него девочка даже бросила в 6 классе школу и с головой ушла в животноводство.
Город Минот, штат Мэн
Minot Historical Society
Однако ее хватило ненадолго, едва достигнув совершеннолетия, Энни сбежала с бродячим цирком. На арене она показывала то, чему научилась на ферме, — вытворяла всякие трюки на спине неоседланной лошади. Но вольная жизнь быстро закончилась, девушку настигло известие о болезни матери, и она поспешила вернуться домой. К счастью, мать выздоровела. Но умер отец. Дела на ферме шли все хуже. Женщинам пришлось устроиться на подработку в город.
Энни ездила туда и обратно на осле. За это ее прозвали Jackass Annie.
Хотя, наверное, не только за это. Jackass, конечно, можно перевести как «ослиха», но у этого английского слова, как и у многих слов в русском языке, существуют более обидные и даже грубые значения, самые приличные из которых — упрямица, тупица. По дошедшей до нас информации, сложно сказать, была ли девушка хоть сколько-то глупой, но упертой, своенравной и «недипломатичной» — это точно. Американские пуританки недолюбливали ее за то, что она одевалась, общалась и поступала не так, как они. К тому же Jackass говорила в лицо все, что думала.
Энни успокаивает коня
Portland Press Herald / Getty Images
Тем не менее ее стараниями ферма кое-как продержалась аж до 1952 года. За это время Энни схоронила мать, перессорилась с соседями, приводила и выгоняла «мужей», правда, детей так и не прижила. Последние годы она ухаживала за почти ослепшим и уже бесполезным в хозяйстве отчимом.
1952 год выдался урожайным. Энни с отчимом смогли заработать денег и теперь мечтали вложить их в дело. В ожидании весны Энн колола лед, убирала снег, кормила скот, трудилась с утра до ночи. И здоровье дало сбой. Как-то после особенно сильной метели соседские мальчишки пришли проведать стариков. Они нашли женщину в жару и вызвали скорую. Пока 60-летняя Энни лежала в больнице с острой пневмонией, 85-летний отчим умер.
По возвращении домой ей пришлось распродать имущество, чтобы оплатить медицинские услуги.
А тут еще врач разглядел на снимках затемнение в легких. Он принял это за злокачественное образование и констатировал, что жить пациентке осталось два года. Видя ее бедственное материальное положение, доктор предложил похлопотать о месте в государственной богадельне.
Врач уехал, оставив больную подумать над предложением. Энни стояла посреди своего пустого жилища, которое на самом деле было неутепленной хозяйственной пристройкой к амбару, так как дом давно сгорел, и вспоминала свою мать. Та жила, не разгибая спины, нигде не была дальше города, но всегда мечтала о Калифорнии и уверяла дочь, что они непременно накопят денег и увидят Тихий океан.
Тем временем в скрипучую дверь вошли все те же соседские мальчишки. Они привели собачку Энн, с которой играли на улице. Таксу-спаниеля, а точнее — дворняжку, звали по-французски Dépêche-toi — Поспеши.
Энни, Тарзан, Рекс и Dépêche-toi в пути
Historical Society
«Действительно, надо поторапливаться», — сказала себе Энни и стала готовиться в путь. Она заложила оставшееся имущество, продала все, что было в погребе, купила в лагере скаутов бывшего скакуна — Тарзана, и коня Рекса, которому суждено было стать вьючным.
Хотя решение уехать далось не так просто. Сомнения не отпускали, и тогда женщина доверилась судьбе. Она бросила монетку. Выпал орел — ехать. Энн подумала, что Бог любит троицу: опять орел, и опять. Потом Бог любил пятерку, семерку, девятку — никель упорно падал решкой вниз. Отступать было некуда.
И вот 8 ноября 1954 года, надев под просторный мужской комбинезон почти всю одежду, какая была, нагрузив на Рекса походные принадлежности и посуду, привязав по бокам два пустых ведра — чтобы принимать от сочувствующих корм для коней и дворняжки, 63-летняя Энни Мейбл Уилкинс (по мужу) двинулась в путь. Сама она рассчитывала кормиться в дороге случайными заработками.
В этот день местные жители вздохнули с облегчением. «Скатертью дорожка», — подумали они, глядя соседке вслед.
Но уже в одну из первых ночевок под каким-то деревом миссис Уилкинс разбудил полицейский. Он сопроводил ее в небольшую частную больницу. Супруга доктора накормила путницу ужином и уложила спать. А утром сказала: «Муж навел о вас справки и категорически не рекомендует вам продолжать путь с такой болезнью». Энни не послушалась.
Уилкинс отправилась в дорогу накануне зимы, думая, что Мэн — самый холодный штат, и дальше будет теплее. Она сильно ошиблась. В пути ее ждали не только стужа, снега, гололед, но и слякоть, половодья, а потом — зной и сушь. Как ни странно, с каждым днем Энни чувствовала себя все лучше и лучше. Сказывались свежий воздух, новые впечатления и отзывчивость людей. Поначалу она старалась останавливаться в полицейских участках: за решеткой безопаснее. Однако слух об экстравагантной старушке летел впереди, и вскоре люди с радостью стали приглашать ее в дом, снабжать провиантом.
Отель Chadds Ford Inn в Пенсильвании
Chadds Ford Historical Society
Открытка с описанием путешествия Энни
Historical Society
В городах ее ждали репортеры, они-то и прозвали Энни (Annie) Mesannie, видимо, подразумевая Mess Annie, то есть — безбашенная, чокнутая Энни. Иногда от желающих пообщаться путешественницу ограждала полиция. «Сначала я чувствовала себя как лягушка в крынке с молоком, а потом — как Линдберг, перелетевший Атлантику», — признавалась Месэнни. Уже к середине пути она успела поучаствовать в популярных теле- и радиошоу, а также не раз выступить перед школьниками. Вкусив славы, Энни напечатала свои фотографии и продавала по пути поклонникам. Товар имел спрос.
В Пенсильвании ее совершенно бесплатно поселили в престижном отеле Chadds Ford Inn, украшенном табличкой «Здесь останавливался Джордж Вашингтон», и содержали до тех пор, пока она не поправила слегка пошатнувшееся здоровье. В день отъезда Энн зашла в стойло за своим конем и увидела рядом с ним рисующего джентльмена.
«У вас похоже получается», — снисходительно похвалила Месэнни Эндрю Уайета, а это был именно он.
Знаменитый американский художник специально явился в отель, чтобы познакомиться с «безбашенной Энни». Они понравились друг другу. После отъезда путешественницы в этом стойле повесили табличку: «Здесь ночевал Тарзан».
1 декабря 1955 года Энни Месэнни Уилкинс омыла ноги в Тихом океане. Конное путешествие через 18 штатов заняло у нее 1 год и 23 дня. А шустрый такса-спаниель Депеш-туа проделал почти весь этот путь на своих коротких лапках.
Северянка Уилкинс осталась в южной Калифорнии на заслуженный отдых. Она вернулась в Мэн только в 1957 году. Соседки не узнали в респектабельной даме при шляпке и перчатках, да еще и в платье, свою взбалмошную Энни. К тому времени заложенная недвижимость перешла государству, и Месэнни поселилась у своей подруги в городе Уайтфилд.
Месэнни и ее спутники
Historical Society
К 1967 году дамы вдвоем написали книгу о путешествии Энни «Последняя странствующая наездница». Вместо отпущенных врачом 2 лет миссис Уилкинс прожила 26 и жалела только об одном: надо было не выгонять мужа, а отдать ему ферму, когда он просил, и сразу уехать в Калифорнию, ведь путешествие — это лучшее, что было в ее жизни. Хотя такой взгляд несколько расходится с основным принципом Месэнни: «Не смотри назад, ведь ты идешь в противоположном направлении».
Сегодня улица рядом с бывшей фермой Энни называется Jackass Annie Road, а историю путешественницы проходят в школах штата Мэн.
