С давних пор хитрые бабушки пытаются угомонить бессонное дитя или отделаться от надоедливого внука с помощью бессмысленной закольцованной «мантры». Такие бесконечные, выматывающие своей абсурдностью псевдоистории филологи выделили в особый жанр. Разберемся, как они работают.
В волшебной сказке, как правило, есть ряд обязательных деталей: чудеса, магические персонажи, герои, злодеи. Существуют клише и по форме — вспомнить хотя бы классические зачины «жили-были» или «в некотором царстве, в некотором государстве». Но самое главное, в них присутствует сюжет с развитием, который в конце концов приходит к логическому (или не очень) завершению.
В случае с докучной сказкой лукавый повествователь подменяет складную историю игрой в абсурдную имитацию, а слушатель получает вместо сюжета бессмыслицу, вызывающую лишь растерянность и раздражение.
Самый узнаваемый прием докучной сказки — игра в «вечный двигатель», когда финал рассказа закольцовывается с его началом.
Жил-был царь, у царя был двор, на дворе был кол, на колу мочало; не сказать ли все с начала?
У попа была собака, он ее любил, она съела кусок мяса, он ее убил. В ямку закопал и надпись написал, что… У попа была собака…
Чисто технически в ней могут быть и детали волшебной истории, но по сути это набор слов. Широко известная «Сказка про белого бычка» — именно такое «произведение»:
— Рассказать тебе сказку про белого бычка?
— Расскажи.
— Ты расскажи, да я расскажи, всякий просит «расскажи», а рассказать ли тебе сказку про белого бычка?
— Нет.
— Ты нет, да я нет, всякий молвит «нет», а рассказать ли тебе сказку про белого бычка?
Неудивительно, что иногда дети засыпали под хоровод пустых вопросов и ответов — для этого, собственно, и рассказывали докучные сказки назойливым ребятишкам. Однако они могут дать результат прямо противоположный желанию отвязаться от ребенка или усыпить его. Например, начинает, позевывая, бабушка сказку:
— Купи слона.
Внучок ожидаемо отвечает:
— Зачем мне слон?
Бабушка, чувствуя, что наживка проглочена:
— Все спрашивают «зачем мне слон», а ты возьми и купи слона.
И тут внучок включается в историю и начинает придумывать самые неожиданные ответы. В результате оба, покатываясь со смеху, продолжают игру до рассвета. Если задуматься, одна бессонная ночь не такая высокая цена за то, чтобы ребенок разбудил свою фантазию, научился остроумно отвечать на всякие глупости (которых в жизни услышит немало) и не лез за словом в карман.
Вернемся к бычку
Пророк Мухаммед представляет Коран, покоящийся на рогах быка. Миниатюра из «De Casibus Virorum Illustrium», начало XV века
Bibliothèque nationale de France
У «Сказки про белого бычка», возможно, имеется и любопытная связь с религией. Существует средневековая легенда о пророке Мухаммеде и прирученном им белом быке, носившем в своих рогах книгу с законами. Исследователи вопроса не исключают, что парнокопытное вполне могло перекочевать и в устное народное творчество.
Есть еще одна версия, связанная с происхождением самого слова «бык». В старославянском «бык» и «пчела» родственны с глаголом «бучать», то есть издавать низкий угрожающий звук. Обитатели пасеки тогда назывались «бчелы», потому что тоже «бучали». Значит, сказочный бык мог быть вовсе не парнокопытным, а некоей абстрактной гудящей сущностью.
В копилку этой версии добавляется и архаичное значение слова «белый», более близкое к современному понятию «бесцветный» или «прозрачный». Через это исследователи выводят, что «белым бычком» могли называть некое опасное и незримое, издающее гул мистическое существо, которое нужно утомить бесконечным бормотанием, дабы отвести от себя беду.
