Гений и еретик: 5 знаковых фильмов Ларса фон Триера

Уже первые фильмы, снятые в 1980-х, привлекли широкое внимание к молодому датчанину-экспериментатору. В своей «европейской трилогии» («Элемент преступления», «Эпидемия», «Европа») фон Триер комбинировал элементы нуарных детективов, психологических драм и социальной сатиры, уверенно создавая незабываемый стиль.

Широкая публика далеко не всегда могла оценить выкрутасы режиссера, но критики и фестивали по всей Европе тут же осыпали новичка многочисленными дарами. «Элемент преступления», например, получил 11 наград на пяти фестивалях, включая две победы в Каннах. На том же фестивале, кстати, Триер чуть позже ярко проявил свое презрение к истеблишменту: услышав во время вручения наград, что «Европа» не получила «Золотой пальмовой ветви», он показал почтенному жюри средний палец и в ярости выбежал из зала.

Взявшись за работу, молодой хулиган держал в голове недавний американский хит «Твин Пикс» о странном маленьком городке и старый французский сериал «Бельфегор» о том, как в Лувре завелись привидения. Добавив к этой смеси скандинавский колорит, изощренную иронию и дискомфортный визуальный ряд, Триер снял «Королевство».

По форме это медицинский процедурал с элементами мистики: в главной больнице Копенгагена живут пациенты и работают врачи, пока вокруг них вьются призраки. А по исполнению — изобретательный коллаж из жанровых клише, опередивший свое время лет на двадцать.

Пока американцы варились в соку ситкомов (первый сезон «Королевства» вышел тогда же, когда начались «Друзья»), европейцы потребляли стопроцентно авторский продукт. Тайные культы, секреты времен нацистской оккупации, гаитянские ритуалы вуду и прочая дичь в «Королевстве» утрамбованы столь плотно, что какому-нибудь Netflix задумок хватило бы на пару сериалов и еще на спин-офф осталось бы. 

Неудивительно, что проект поразил зрителей по обе стороны Атлантики. Стивен Кинг настолько восхитился работой, что поддержал американский ремейк (получилось неплохо, но уже без искорки креативного безумия), а знаменитый кинокритик Роджер Эберт рекомендовал просмотр Триера «тем, кто думает, что видел все». Отдельно стоит сказать, что третьего сезона фанатам пришлось ждать 25 лет, он вышел только в 2022-м. Но каждая минута ожидания того стоила, финал получился столь же громогласным, как и начало.

В перерыве между съемками «Королевства» режиссер времени не терял и продолжал эпатировать общественность. Вместе с соотечественником Томасом Винтербергом (автор алкогольной комедии «Еще по одной») он основал движение «Догма 95», целью которого был возврат кино к радикальной простоте. Никаких больших бюджетов и грандиозных спецэффектов, напротив — «малое прекрасно». Надо изучать лабиринты души, искать смысл в камерных историях и так далее.

Первым триеровским фильмом, снятым в рамках новой эстетики минимализма, была драма «Рассекая волны», рассказывающая о запутанных любовных отношениях в семейной паре. Насколько всеобщим был восторг вокруг этого фильма, настолько тотальным оказалось и осуждение следующего.

«Идиоты» — предельно незатейливый рассказ о коммуне молодых людей, публично притворяющихся умственно отсталыми. У этой практики нет какого-то злого умысла, наоборот: ребята верят в необходимость познать своего «внутреннего идиота» и выпустить его из смирительной рубашки цивилизации. Но в «идиотической» коммуне разгораются нешуточные страсти, когда к ней присоединяется девушка, решившая, будто перед ней люди с реальными ментальными расстройствами.

Поддельные идиоты обильно совокуплялись (причем дублеров использовали только в одной сцене), а их кривляния навели многих на мысль, что режиссер откровенно издевается над действительно больными людьми. Увидев творящийся в фильме беспредел, именитый критик Марк Кермод назвал его «дерьмом» и вышел из кинотеатра. В общем, «Идиоты» до сих пор остаются, пожалуй, самой радикальной провокацией Триера.

После «Идиотов» мастер выпустил слезоточивую драму «Танцующая в темноте», где продемонстрировал актерский талант исландской певицы Бьорк. Работа удалась, получила «Золотую пальмовую ветвь» и отлично прошла в мировом прокате под одобрительные рецензии. Можно было бы подумать, что на этом хулиганистый датчанин остепенится и займется чем-нибудь более подобающим статусу большого европейского режиссера. Но он пошел своим путем.

Фон Триер выпускает «Догвилль» и «Пять препятствий», причем оба фильма вышли в один год. О первом чуть ниже, а вот второй заслуживает внимания по нескольким причинам. Во-первых, это редчайший случай, когда Триер снял фильм как сорежиссер: его партнером стал датский арт-активист Йорген Лет, известный сюрреалистическими короткометражками (среди них культовые «Совершенный человек» и «Воскресенье в аду»).

Концепция фильма в том, что Лет переснимает «Совершенного человека» в пяти разных условиях, созданных Триером. Нарратив переплетает элементы документалистики с художественным вымыслом, обрамляя местами ироничную, но мрачную рефлексию о том, как работает искусство.

К слову, все это слегка напоминает работы другого европейского сюравангардиста, Кантена Дюпьё (того самого, который снял кино про покрышку-убийцу), только с большим упором на социальный комментарий.

Картина интересна тем, что это авторский взгляд европейского режиссера на изнанку американской мечты, воплощенную в стиле экспериментального театра. С точки зрения формы это драма, рассказывающая о том, как девушка Грейс прибывает в крошечный городок Догвилль, где пытается укрыться от бандитов. Все разворачивается в подчеркнуто искусственных декорациях, что придает событиям характер не столько конвенционного кино, сколько театральной притчи, затрагивающей многие традиционные для американцев ценности.

Жажда морального обновления, «гангстеризм», длинная тень рабства, возвышенный идеализм и мелочный цинизм — Триер насыщает простой сюжет множеством нюансов, отсылающих к американской истории, культуре и религии. Это не рассказ об отдельном человеке, а исследование того, как демократические обычаи могут соседствовать с узколобым фанатизмом, иногда непроизвольно подпитывая друг друга.

Заядлый нонконформист, он показывает американцам (некогда восставшим против королевской власти) те фрагменты прошлого, которые им хотелось бы забыть. Но это не упражнение в европейском снобизме, а скорее напоминание, какой хрупкой может быть человеческая свобода. «Догвилль», возможно, самый жестокий и в то же время наиболее многослойный и глубокий фильм датского бунтаря.

В начале 2010-х Триер снова привычно оскандалился. Сперва во время обсуждения фантастической драмы «Меланхолия» посочувствовал Гитлеру и получил клеймо «нежелательной персоны». Затем умело шокировал зрителей четырехчасовой эротической драмой «Нимфоманка», густо набитой сценами секса. Сделав передышку на пять лет, он вернулся на экраны с «Домом, который построил Джек» — едва ли не самым поэтичным своим фильмом.

Использовав шаблон психологического триллера о бессердечном маньяке, режиссер затем накладывает на сюжет схему «Божественной комедии», чтобы получить исследование личности психопата Джека, наслаждающегося своей кровавой работой. Но (естественно, радикальное) отличие триеровского фильма от любого другого о серийном убийце заключается в стилизации: события не только показаны глазами Джека, но и переплетены с дантовской логикой нисхождения в ад.