Полуповешенная Мэгги: она пережила казнь

Маргарет Диксон родилась в 1702 году в Массельбурге. Она вышла замуж за местного рыбака, родила двоих детей и занялась привычным для представителей низших слоев делом — тяжелой работой. Девушка каждый день таскала большие корзины с рыбой и солью за восемь километров до столицы — Эдинбурга, и там продавала улов.

Размеренная жизнь Мэгги закончилась в 1722 году, когда ее мужа насильно завербовали в Королевский военно-морской флот. В те времена это была распространенная практика: к парню в кабаке подсаживались крепкие ребята и угощали пивом. На дне кружки лежала монета, считалось, что выпивший таким образом получил задаток от монарха и теперь обязан служить ему на корабле. Несогласных избивали и волокли на корабль, а иногда весело погулявший в трактире просыпался уже в море с подписанным контрактом.

В любом случае девушка осталась без средств к существованию с двумя детьми. Она была вынуждена перебраться в шотландское пограничье, в город Келсо, и пойти работать за кров и еду в гостиницу. Там она завела роман с сыном хозяина и вскоре забеременела.

Это было настоящей катастрофой, ведь женщину, уличенную в блуде, в тогдашней Шотландии ждало общественное порицание, ее не взяли бы ни на одну работу и более того — возили бы по городам, демонстрируя в назидание. Поэтому Мэгги пошла на рискованный шаг: сокрыла беременность и родила ребенка одна. Это было очень опасно, ведь по закону от 1690 года, если бы младенец погиб, мать считалась детоубийцей. Девушка выбирала из двух зол: либо позор, либо казнь.

Ребенок, как утверждала на суде Маргарет, родился мертвым, и она отнесла труп на берег реки Твид. Там его и нашли. Довольно быстро выяснили, кто мать. Врач, осмотревший тело, заявил, что ребенок был жив, когда родился. Мэгги признали убийцей. 

Девушку повесили по старинке — то есть не сломали шею петлей, сбросив с высоты, а просто ждали полчаса, пока она умрет. Тюремный доктор констатировал смерть. И тут за тело преступницы завязалась отвратительная драка между родственниками и студентами-медиками. И те и другие оказались очень настойчивы. Первые понятно, почему, а для вторых это была счастливая возможность попрактиковаться: тогда публичное вскрытие разрешалось проводить только на трупах казненных.

К счастью для Маргарет, победили родственники. Тело положили в гроб и повезли в родной Массельбург. На полдороге сопровождающие траурный поезд решили помянуть убиенную. Зашли в трактир. Занесли гроб. И тут из него раздался стук. Когда наконец отважились откинуть крышку, «покойница» приподнялась и обвела всех удивленным взглядом.

Скорбь и ужас сменились радостью. Современные исследователи полагают, что закаленный тяжелой работой организм не погиб от асфиксии, а впал в летаргический сон. Дорожная тряска стала своего рода реанимацией, стимулировала кровообращение и дыхание.