Огромный мусорный полигон в окрестностях Джакарты стал домом для тысяч людей. Его обитатели зарабатывают сортировкой отходов и обустраивают жилища из того, что находят среди хлама.
В нескольких километрах от столицы Индонезии раскинулась гигантская свалка Бантар Гебанг. Она занимает более 120 гектаров, это примерно 170 футбольных полей. Ежедневно здесь выстраивается вереница грузовиков, везущих отходы со всей Джакарты и пригородов. За сутки доставляют от 6 до 9 тысяч тонн.
Zuma / TASS
Вокруг полигона и на его территории обитают люди, которые зарабатывают тем, что собирают и сортируют мусор. Поселения на свалке появились, как только ее открыли в конце 1980-х. Раньше здесь были частные дома и рисовые поля, но хозяева города решили, что крайне необходимо место для бесчисленных отходов. Лишившись земли, многие фермеры переквалифицировались в «старателей»: обосновались около свалки и начали искать в ней что-то ценное. Оказалось, таким промыслом вполне можно жить, и сюда потянулись отчаявшиеся из бедных районов страны. У подножья мусорных гор люди строили лачуги из подручных материалов вплоть до картона, открывали уличные кафе и магазины, благо с меблировкой проблем не возникало.
Техники хватило даже на кинотеатр.
Правда, электричество — только от генераторов, водопровода и канализации нет вообще. Более или менее ровные не замусоренные участки становились спортивными площадками. В итоге из крупнейших в Азии свалок постепенно превратилась полноценный город. По разным данным, в нем живет 10–20 тысяч человек. Перепись затруднена: у большинства обитателей нет документов. Зато они находят на свалке все, что им действительно необходимо в жизни: одежду, утварь, еду. Каждое утро взрослые и дети прочесывают благодатные гектары, чтобы раздобыть что-то полезное для себя и на продажу.
AFP / East News (2)
Несмотря на то, что из недр помойки можно извлечь вещи с ценниками и пищу в фабричной упаковке, антисанитария в «мусорограде» немыслимая. Даже помыться, и то большая проблема, а о том, чтобы продезинфицировать ежедневные раны не может быть и речи.
И все равно здесь рождаются дети, растут, учатся. Мечтают, получив хоть какое-то образование, уехать подальше от «родного дома», найти хорошую работу или просто подышать свежим воздухом. А пока трудятся вместе со взрослыми, по 12 часов в день, а то и в ночь — когда не так жарко и не приходится толкаться.
Основной профессиональный инструмент — «ганко», небольшая палка с крюком.
Таким приспособлением удобно подцепить находку и бросить в примотанную за спиной корзину. Им же отгоняют грызунов, которых здесь гораздо больше, чем людей. Не меньше разносчиков заразы опасны экскаваторы, бульдозеры и самосвалы, их на полигоне тоже очень много. К тому же, как и в любых горах, в мусорных случаются оползни.
AFP / East News
В марте 2026 года обрушившиеся с вершины отходы погребли под собой транспорт, водителей, работников, жителей. Власти Индонезии мечтают закрыть свалку. Вместо архаичного полигона хотят создать сортировочные и перерабатывающие центры, построить мусоросжигательный завод. Местные жители, как когда-то здешние фермеры, опять опасаются за свое будущее.
