Кино в 2025-м: три главных тренда

Для начала пара важных пояснений. Это не очередной перечень лучших, худших или, например, недооцененных фильмов года, а попытка выделить ключевые события 2025-го на примере нескольких примечательных проектов. И, раз уж речь идет о всемирных масштабах, наше внимание будет приковано к двум кинематографическим сверхдержавам — США и Китаю, каждая из которых обладает не только гигантским внутренним рынком, но и ощутимым международным влиянием.

Учитывая все вышесказанное, что можно заметить в середине 2020-х, осматривая ландшафт кинематографа? Ярче всего выделяются три разнородных, но одинаково важных явления. Во-первых, усталость от супергеройского кино. Во-вторых, триумф китайской анимации. И в-третьих, плавный, но настойчивый пересмотр «прогрессивной повестки» в голливудских релизах.

С конца 2000-х до конца 2010-х облик голливудского мейнстрима определяли блокбастеры о супергероях. Успехи кинокомиксов вроде «Железного человека», «Капитана Америки» или «Тора» стимулировали развитие огромной вселенной Marvel (сейчас в ней больше 30 фильмов), продвинули в массы гик-культуру и спровоцировали возникновение кучи конкурентов, самым известным из которых стала франшиза DC. Но уже в начале 2020-х проявились признаки того, что зрителей всерьез утомили дорогостоящие и однообразные работы про отважных супергероев и опереточных суперзлодеев.

Хотя об усталости от такого вида кино начали говорить еще пару-тройку лет назад, в 2025-м это явление стало несомненным фактом. Сборы неуклонно падают, а рецензии становятся все более прохладными (если не разгромными). Те же релизы, которым критики выдали заметную дозу похвалы, вроде «Громовержцев», обычно не оправдывали кассовых ожиданий.

Яркий, изобретательный и веселый блокбастер получил множество хвалебных реакций в прессе, но собрал по миру всего около $ 615 млн — достаточно, чтобы перезагрузка киновселенной DC продолжалась, но лишь немногим больше, чем, например, менее примечательный третий «Человек-паук» в 2021-м ($ 601 млн).

Разумеется, это не означает, что фильмы о супергероических подвигах в 2026-м или 2027-м сойдут с экранов. Сколь бы низкими ни были кассовые показатели, это все еще сотни миллионов долларов, а инерция столь огромных франшиз не может остановиться вмиг.

Но, судя по всему, пик золотого века кинокомиксов позади, так что жанр хоть и сохранится, уже не будет безраздельно доминировать в массовом кинематографе. Поэтому эпоха стремительного расширения мультивселенных должна в скором времени смениться периодом их сжатия. Прав был Стивен Спилберг, еще в середине 2010-х заметивший, что супергеройское кино, подобно нуарам или вестернам, ожидает долгий, но неизбежный закат.

С начала 2000-х китайский кинематограф прошел гигантский путь, в последние годы окончательно превратившись в одну из самых плодовитых и прибыльных индустрий страны. Уже давно в Китае снимаются первоклассные фэнтезийные эпосы («Творение богов») и военные боевики («Операция в Красном море»), не говоря уже о всевозможных детективах, комедиях и остросоциальных драмах. Однако вплоть до самого недавнего времени львиная доля китайских фильмов оставалась товаром для внутреннего потребления. За пределами Китая о них знали либо фанаты жанра, либо те, кто внимательно следил за китайским кино вообще.

В 2025 году такое положение дел резко (и, возможно, необратимо) изменилось — причем не благодаря какой-нибудь пафосной исторической драме или военному экшену, а замысловатому мультфильму по мотивам китайской мифологии, да еще и сиквелу. Выйдя в январе, анимационное фэнтези «Нэчжа побеждает Царя драконов» стало колоссальным хитом сначала в Китае, а затем и во всем мире, собрав свыше $ 2 млрд, прокатившись от Шанхая и Пекина через Москву до Нью-Йорка и Лос-Анджелеса. Результат, впечатляющий масштабом не только рекордов (на минуточку, самый кассовый мультфильм в истории человечества!), но и культурного прорыва.

Впервые человечеству была представлена адаптация классической китайской литературы (а сюжет, если что, основан на романе XVI века «Канонизация божеств»), нашедшая столь широкий отклик в сердцах людей по всему миру. Индийское кино, к примеру, несмотря на сопоставимый уровень качества и гораздо большую открытость международному влиянию, до сих пор не предъявило ничего столь же сокрушительно популярного.

Короче говоря, «Царя драконов» можно считать самой серьезной и феноменально успешной заявкой Китая на проекцию пресловутой «мягкой силы», сопоставимой со всеми известными диснеевскими сказками. Вряд ли такой триумф останется без последствий, так что 2020-е имеют все шансы стать декадой бурного развития китайской анимации как флагмана индустрии.

За последние 25 лет голливудский мейнстрим прочно усвоил широкий спектр идей, превративших каждый второй крупный релиз (от хорроров до комедий) в рупор социальной критики. В предельно краткой форме сущность этих концепций можно обозначить так: позитивная репрезентация разнообразных меньшинств, акцентирование проблем неравенства во всех возможных формах, беспощадное бичевание белых элит как источников угрозы для прогресса.

За совокупностью подобных идеологем в России закрепилось иронично-пренебрежительное название «повесточка», а в американском дискурсе их принято обозначать термином woke (прошедшее время от глагола wake — «пробуждаться»), подразумевающим важность осведомленности широких масс о творящихся в обществе несправедливостях.

Любой фильм, выходящий за привычные риторические рамки, либо топился волной ругательных рецензий, либо оставался где-то на периферии зрительского внимания.

Но в 2025 году ситуация радикально изменилась. После начала второго президентского срока Дональда Трампа большие голливудские студии принялись корректировать планы, переписывать концепты и всячески снижать градус «пробужденности» в своих релизах, особенно тех, что рассчитаны на семейную аудиторию.

Один из ярчайших примеров здесь — новая версия «Белоснежки», собравшая кучу «повесточных» штампов и вызвавшая тотальную зрительскую ненависть, захлестнувшую социальные сети, форумы и блоги. Фильм стал одним из самых громких провалов корпорации Disney за всю историю компании, а также важным сигналом для всех внимательных игроков на рынке. Но это лишь один — и далеко не единственный — значимый пример сдвига к более трезвой оценке «прогрессивной» тематики в фильмах.

В числе других примечательных релизов, вызвавших бурную реакцию в прессе и серию публичных обсуждений, были намного более впечатляющие картины от ведущих постановщиков. «Эддингтон» Ари Астера представляет собой тонкое и провокативное исследование того, как гражданский раскол на фоне пандемии COVID-19 приводит к настоящей катастрофе для жителей всего города. Это едва ли не первый в 2020-х фильм, где настолько недвусмысленно высмеиваются как правые, так и левые дискурсивные штампы.

Сюжет выстраивался вокруг того, как череда громких, но не подкрепленных доказательствами обвинений в сексуализированном насилии разрушительно влияет на жизни всех людей, вовлеченных в разбор поведения преподавателя Йельского университета.

В политической притче «Годовщина» семейный кризис ловко вписан в кризис общественный: пока муж и жена, пара убежденных либералов, пытаются примириться с девушкой их сына, Америка подпадает под власть нового амбициозного движения с откровенно авторитарными тенденциями.

Более всего примечательна вовсе не коммерческая рентабельность этих лент (ни одна не претендовала на гигантские сборы), но поднимаемая в них проблематика и реакция прессы. Впервые за долгие годы в голливудском кинематографе все более четко ставится вопрос о том, что агрессивное следование «пробужденческой» идеологии ведет не к прогрессу, а к обострению гражданского раскола.