Брат, любезный друг мой! все решено! Я приговорен к 4-х-летним работам в крепости (кажется, Оренбургской) и потом в рядовые. Сегодня 22 декабря нас отвезли на Семеновский плац. Там всем нам прочли смертный приговор, дали приложиться к кресту, переломили над головою шпаги…
Пьеса шлепнулась и провалилась с треском. В театре было тяжкое напряжение недоумения и позора. Актеры играли гнусно, глупо.
Отсюда мораль: не следует писать пьес. Тем не менее все-таки я жив, здоров и пребываю в благоутробии…
При разборе работ Бакст был удивительно тонок в суждениях, а в выражениях груб. Но никому из настоящих учеников не приходило в голову обижаться: напротив, хорошая встряска заряжала на всю неделю. Случайные же «барышни» часто плакали…
Уважаемые товарищи, мне кажется, что здесь чрезмерно часто произносится имя Горького с добавлением измерительных эпитетов: великий, высокий, длинный и т. д. Не думаете ли вы, что, слишком подчеркивая и возвышая одну и ту же фигуру, мы тем самым затемняем рост и значение других? Поверьте мне: я не кокетничаю и не рисуюсь…
В ночь на 22 июня 1941 года всем работникам Генерального штаба и Наркомата обороны было приказано оставаться на своих местах. Необходимо было как можно быстрее передать в округа директиву о приведении приграничных войск в боевую готовность…
Предназначение писателя со времен глубокой древности не изменилось. Он призван обнажать наши недостатки и заблуждения, извлекать на свет темные и опасные помыслы, чтобы мы могли стать лучше. Кроме того, писатель призван провозглашать и воспевать присущие человеку величие сердца и духа…
Представляю себе Красную площадь столицы. Сотни стальных стрекоз вьются над головами идущих. Низко, низко проплывают сигары дирижаблей — мечта моей юности. Исполнение заветных и пылких моих фантазий, а пожалуй, и некий результат моих ранних работ. Птицам теснее становится в воздухе…
Все эти века женщина служила мужчине зеркалом, способным вдвое увеличивать его фигуру. Без такой волшебной силы земля, наверное, и по сей день оставалась бы джунглями…
Обычно голоса авторитетов имеют большое значение, но иногда в наше сердце закрадывается сомнение в истинности того, что они говорят, и мы думаем, что это не совсем то, как мы видим мир. И тогда легче кивнуть головой в знак согласия и пойти по накатанной…
То, что человек желает другому, во многом характеризует его самого. А если он из числа «властителей дум» — то и его современников, его эпоху. Чем жили люди в последние четыре века, от Ломоносова до Жванецкого, о чем мечтали, чего страшились — попробуем понять из их поздравлений.
Нет ничего больше и древнее Вселенной. О чем я хочу поговорить: откуда мы взялись? Как возникла Вселенная? Одиноки ли мы в ней? Есть ли где-то разумная жизнь? И каков будущий путь человечества?
Плывут как-то две молодые рыбки, навстречу им — старая рыба. Кивает и спрашивает: «Доброе утро, ребята, как вода?» Молодые плывут дальше, и через какое-то время одна поворачивается к другой: «А что это, черт возьми, такое — вода?»…
В моей жизни есть три вещи, без которых я не обхожусь ни одного дня. Первое — это то, во что я верю. Второе — это то, чего я жду. И третье — это кто-то, за кем я гонюсь…
Читающим наше Новое Первое Неожиданное. Только мы—лицо нашего Времени. Рог времени трубит нами в словесном искусстве. Прошлое тесно. Академия и Пушкин непонятнее гиероглифов. Бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. и проч. с парохода Современности. Кто не забудет своей п е р в о й любви, не узнает последней.
Дорогие друзья, близкие и незнакомые, соотечественники, люди всех стран и континентов! Через несколько минут могучий космический корабль унесет меня в далекие просторы Вселенной. Что можно сказать вам в эти последние минуты перед стартом…
Сотню лет тому назад рукой великого американца, монумент которому символично возвышается над нами в этот день, был подписан манифест об освобождении рабов. Для миллионов подневольных жертв испепеляющей несправедливости сей судьбоносный указ обещал стать долгожданным маяком надежды. Сей указ лучезарный обещал положить конец кромешной тьме их мучительного плена…
Сегодня мы благодарим всемогущего Бога за великое избавление. Выступая из старейшей столицы нашей империи, измученной войной, но ни на секунду не испугавшейся и не встревоженной. Выступая из Лондона, я прошу вас присоединиться ко мне в этом акте благодарения. Германия, враг, который загнал всю Европу в войну, была окончательно побеждена…