Несмотря на то, что скорбящая женщина держит перед собой золотой кубок, а не сжимает в руке окровавленное сердце, картина Уильяма Хогарта вызвала возмущение современников. Почему это произошло и отчего изображенный сюжет стал популярен в Европе на столетия, рассказывает арт-журналист, автор телеграм-канала Art Is New Sexy Мария Аборонова.
Когда в 1761 году Хогарт выставил эту картину вместе с семью другими в Обществе художников, публика отреагировала неожиданно резко. Критикам было сложно понять, что именно они должны чувствовать. Сочувствовать убитой горем девушке? Любоваться ее красотой? Или с отвращением смотреть на настоящее человеческое сердце в бокале? Этот эмоциональный диссонанс многие сочли неудачным.
Не оценили и попытку Хогарта подражать старым итальянским мастерам. Причем старые итальянские мастера и сами обращались к тому же сюжету: куда более кровавую сцену изобразил Бернардино Мей в 1650 году. Однако в контексте барокко подобная визуальная экспрессия воспринималась естественнее, чем в Англии эпохи Просвещения. Считается, что, пытаясь смягчить реакцию зрителей, Хогарт позже даже внес в картину изменения, хотя сегодня уже невозможно установить, какие именно.
Историю, подтолкнувшую Хогарта (а до этого Мея) к полотну, рассказал Джованни Боккаччо в своем знаменитом «Декамероне». Книга написана в середине XIV века, когда черная смерть (бубонная чума) унесла жизни более трети населения Европы.
По сюжету десять молодых аристократов, трое юношей и семь девушек, бегут из пораженной чумой Флоренции на уединенную виллу, где в течение десяти дней делятся историями, пытаясь отвлечься от происходящего вокруг ужаса. Большинство новелл вполне легкие, смешные и даже непристойные, но есть и весьма трагические. Одну из самых мрачных историй на четвертый день рассказывает девушка по имени Фьямметта.
Главная героиня ее рассказа — Гисмонда (она же Сигизмунда, в разных переводах), дочь принца Танкреда из Салерно. Отец любит ее до безумия, фанатично привязан к ней и не спускает с нее глаз. С замужеством дочери он тянет до последнего, но в итоге все же выдает Гисмонду за сына герцога Капуанского. Однако брак длится недолго. Муж умирает, и молодая вдова возвращается в дом отца.
Тут бы сосватать ее еще раз, но Танкред упирается и не хочет расставаться с дочерью.
Гисмонда же, вкусившая плод любви, не желает мириться с отцовским надзором и решает сама устроить личную жизнь.
Ее выбор падает на молодого камердинера Танкреда по имени Гвискардо. Он умен, красив и благороден, хотя по происхождению значительно ниже Гисмонды. Между молодыми людьми вспыхивает взаимное чувство, но исключительно платоническое, так как уединиться при тотальном дворцовом контроле почти невозможно.
Наконец Гисмонда придумала хитрый план и передала его Гвискардо в записке. Она объясняла, как пройти по потайному ходу из пещеры неподалеку прямо в ее спальню. Стоит отдельно отметить упорство женщины: чтобы расчистить путь из пещеры в свои покои, она несколько дней вскрывала инструментами дверь на потайную лестницу.
Влюбленные начали тайно встречаться, и все было хорошо, пока Танкред не пришел в комнату дочери для традиционной ежедневной беседы и, ожидая ее, не заснул в углу. Гисмонда вернулась с прогулки и, не подозревая, что отец спит в ее комнате, как обычно, открыла тайный ход и впустила Гвискардо.
Во время свидания Танкред проснулся, пришел в ярость от увиденного, но решил не выдавать себя. Дождавшись, пока Гвискардо уйдет, он тайком покинул комнату, а на следующую ночь приказал схватить юношу. Затем вызвал к себе Гисмонду на серьезный разговор и потребовал объяснений. Гисмонда не стала оправдываться.
Она признала, что любовник есть, но отец сам виноват, не выдавал ее замуж, а она женщина молодая и активная.
Гвискардо хоть и низкого происхождения, но благороднее многих, их любовь чиста, и она унесет ее с собой в могилу, что может случиться довольно скоро, если отец решит разлучить ее с любимым.
Надо сказать, что для средневековой литературы женщина, которая не стала в такой ситуации заламывать руки, а рационально защищала свое право на любовь, выглядела очень необычно. Танкред восхитился силой духа дочери, но от плана мести не отказался: приказал убить Гвискардо, вырезать его сердце, положить в золотой кубок и отправить Гисмонде одновременно как наказание и демонстрацию своей власти. К страшной посылке прилагалась записка:
Но вместо раскаяния Танкред столкнулся с пугающим хладнокровием. Получив кубок, дочь сдержанно поблагодарила отца за столь изысканный дар и отметила, что Танкред оказал Гвискардо большую честь, сочтя его сердце достойным золотого сосуда.
Смысл ее слов в том, что в средневековой культуре сердце воспринималось как вместилище личности, любви и самой души. Таким образом, окружив сердце Гвискардо золотом, Танкред невольно сделал то, чего так боялся: символически возвысил человека низкого происхождения до уровня знати.
Только оставшись одна, Гисмонда наконец дала волю чувствам. Она плакала, целовала сердце Гвискардо и прижимала к груди золотой кубок. Именно этот драматичный момент изображен на картине Хогарта.
Наплакавшись, Гисмонда налила в кубок настой ядовитых трав, выпила его и легла умирать, в обнимку с сердцем возлюбленного.
Прибежавший к ней Танкред, за которым послали обеспокоенные слуги, успел услышать от нее лишь последнюю просьбу — похоронить ее рядом с Гвискардо.
Для современников Боккаччо новелла была выдающейся. Боккаччо не только показал женщину, которая лично распорядилась своей жизнью, но и поставила любовь выше сословных границ. Для XIV века это звучало очень дерзко, потому что вся феодальная система строилась на идее врожденного превосходства знати. К тому же главным отрицательным персонажем здесь стал не «неподобающий» возлюбленный, а отец Гисмонды. Несмотря на любовь Танкреда к дочери, сочувствие читателя оказывается на стороне Гисмонды.
По сути, в этой истории уже чувствуется приближение Ренессанса: ценность личности начинает побеждать власть рода, традиции и крови. Столкновение взглядов Танкреда и Гисмонды стало отражением конфликта двух эпох и получило огромную популярность в Европе. С тех пор оно много веков вдохновляло художников и писателей.
Фото:
AKG Images / East News
