Специально для ЧТИВА шеф-редактор группы компаний Литрес и автор телеграм-канала «Книжная жизнь Катрин П.» Екатерина Писарева рассуждает о развитии жанра нон-фикшен.
Интерес читателя к современному нон-фикшену переживает любопытную трансформацию. С одной стороны, читатель вдруг начинает интересоваться устройством мира — не метафизическим, а вполне материальным. Как работают заводы, что происходит внутри крупных корпораций и почему от одного логистического сбоя начинает лихорадить целые страны — эти вопросы занимают людей все больше. В центре внимания оказываются темы, еще недавно казавшиеся слишком специализированными для массового читателя: про сырье, инфраструктуру, энергетику и ресурсы. От многостраничной «Добычи» пулитцеровского лауреата Дэниела Ергина до предназначенной для детей «Нефти» Дмитрия Мажорова.
С другой стороны, читатель больше не хочет «просто книгу по теме» — он ищет человеческий опыт, упакованный в интеллектуальный и динамичный сюжет. Отсюда популярность корпоративных саг вроде Netflix или «Дома Гуччи».
Опыт, впрочем, должен быть понятен и вызывать доверие. Накопилась явная усталость от литературы про «личную эффективность» и про то, «как стать лучшей версией себя» от различных «коучей» или «цифровых визионеров». Людям интересны истории успеха, но написанные от первого лица главами крупных компаний или компетентными исследователями. Читателя все сложнее удивить и увлечь, он идет по пути экономии усилий, сокращая временные затраты на тестирование гипотез.
«Нервы, деньги, полимеры» попадают в этот «нерв» времени. Если многие книги о большой индустрии строятся вокруг масштаба — денег, геополитики, влияния, — то здесь все время сохраняется человеческий фокус. Это книга не столько о производстве, сколько о человеке внутри производства.
На первый взгляд — это текст для посвященных: аббревиатуры вроде ГПЗ, ПНГ и ШФЛУ обрушиваются на читателя уже на первых страницах. При всей легкости изложения требуются изрядные усилия, чтобы одолеть первую главу. Но для тех, кто хочет во всем разобраться, в конце книги имеется «Глоссарий», куда включены все профессиональные термины, аббревиатуры и сокращения. Через какое-то время читатель настолько привыкает к профессионализмам и аббревиатурам, что перестает замечать их.
По сути, сегодня читателя увлекает не столько предмет разговора, сколько способность автора показать устройство мира через узкую профессиональную линзу. И в этом смысле «Нервы, деньги, полимеры» — очень симптоматичная книга. Три ведущих журналиста (Ивантер, Писаренко, Гурьянов) провели невероятную работу и воссоздали путь компании СИБУР, тесно связанный с историей страны. Как пишет в предисловии глава «Сбербанка» Герман Греф, «эта книга на примере одной компании раскрывает этапы формирования современной российской рыночной экономики».
Рассказывая о сложных и специализированных вещах, авторы описывают знакомые каждому состояния: постоянное внутреннее напряжение и усталость человека, который живет внутри большого механизма. Это книга о цене решений, о хрупкости устойчивости. В ней есть темп, ощущение постоянно растущих ставок, почти физическая тревога людей, которые пытаются направлять огромную индустриальную машину и не дать ей сойти с пути. И в этом смысле книга оказывается очень современной. Ведь главный герой 2020-х — уже не визионер и не стартапер, а человек, который пытается удержать систему от распада.
Парадоксальным образом наибольшее удовольствие от книги «Нервы, деньги, полимеры» может получить читатель, никогда не имевший отношения ни к производству, ни к управлению, ни к химической промышленности. Для него это не профессиональный текст, а возможность заглянуть внутрь закрытого мира и узнать для себя что-то новое.
Обычно мало кто задумывается о крупных корпорациях и о том, что стоит за внешним успехом. Ивантер, Писаренко и Гурьянов воссоздают историю того, как СИБУРу вынужденно пришлось пройти тот самый классический «путь героя», с испытаниями, преодолениями и разочарованиями — с 1995 года по наши дни — через все кризисы и периоды турбулентности.
«Нервы, деньги, полимеры» — это история успеха корпорации с реальными человеческими лицами. За миллиардами и тоннами проступают истории людей, напряженно пытающихся преобразовывать хаос в мире, где возможность контролировать что-либо кажется иллюзией, — это вызывает и удивление, и сочувствие, и желание разобраться, как же все устроено.
