За последние годы «якутская волна» стала заметным феноменом российского кинематографа. Картины «Сахавуда» многообразны, здесь можно найти как изысканные арт-хорроры, так и восхитительные комедии. Собрали 5 фильмов, в которых, как в гранях алмаза, отразились яркие стороны этого самобытного явления.
Иччи. 2020
Режиссер: Костас Марсаан
Наряду с отвязными комедиями мистический хоррор всегда был важнейшей частью «якутской волны». Еще в 2000-х, пока за пределами Якутии осваивали иностранные жанровые шаблоны, в самой республике развивался народный, основанный на местных традициях, хоррор.
Среди этих экспериментов можно найти немало своеобразных диковинок, но их поиск долго оставался уделом лишь коллекционеров и фанатов. Только к 2020-м мистика добралась до больших экранов за пределами республики. «Иччи», пожалуй, самый яркий образец якутского хоррора, сделанный руками мастера. Режиссер Костас Марсаан громко заявил о себе уже в дебюте — детективном триллере «Мой убийца», попавшем не куда-нибудь, а в лонг-лист «Золотого глобуса».
«Иччи» снят как слоубёрнер — фильм, в котором события развиваются медленно, однако медитативное зрелище постепенно захватывает зрительское внимание без остатка.
Тут есть красивейшие леса, бурные реки и еле заметное присутствие цивилизации. А редкие атрибуты современности — от мобильников до автомобилей — кажутся бессмысленными игрушками посреди непролазной чащобы, где городской человек заблудится за пару минут.
На фоне малозатронутой природы развивается история о том, как семья сталкивается со зловещим потусторонним присутствием (Иччи — это своего рода «дух-хозяин» в якутском фольклоре, обитающий на определенной территории или в конкретной вещи). Страх здесь рождается не столько из эффектных скримеров или точно подобранных ракурсов, сколько из-за густой атмосферы давящего беспокойства, когда привычный мир неуклонно размывается, и древние фантазии вдруг обретают пугающую жизнь.
Надо мною солнце не садится. 2019
Режиссер: Любовь Борисова
На стыке 2010-х и 2020-х «Сахавуд» прочно закрепляется в качестве плодотворной региональной индустрии. Все больше российских площадок начинают приглашать авторов из Якутии, да и на зарубежных фестивалях картины из северной республики мелькают регулярно. Но сводить все разнообразие якутского кино к этнически окрашенным сюжетам или экзотичным ужастикам не стоит: тут достаточно ярких примеров того, как можно соединить локальные особенности с универсально значимой историей.
Один из таких — комедийная драма «Надо мною солнце не садится», дебютный проект Любови Борисовой (недавно она сняла трагикомическую притчу «Не хороните меня без Ивана»), созданный с минимальными декорациями и бюджетом, но с максимальной самоотдачей.
В основе сюжета — совместная жизнь двух очень разных людей на крошечном острове. Молодой оболтус Алтан попал сюда после ссоры с родителями, а уставший от жизни старик Байбал приехал в то же место умирать. Играя на контрасте поколений и характеров, Борисова рассказывает незамысловатую, но искреннюю историю о том, что всегда есть ради чего жить, даже если твои дни сочтены. Это, несмотря на внешнюю наивность и легкомысленность, вполне зрелое кино, ненавязчиво предлагающее поразмышлять о вечных ценностях и упакованное в формат, понятный и в Москве, и в Токио.
Костер на ветру. 2016
Режиссер: Дмитрий Давыдов
К середине 2010-х «якутская волна» стала заметным явлением не только в кинематографе России, но и далеко за рубежом. Один из лучших примеров этого мощного сдвига — камерная драма «Костер на ветру», снятая за пару недель всего за миллион рублей. Это история о том, как двое пожилых мужчин пытаются пережить неожиданную смерть своих сыновей. Минималистичный стиль здесь подчеркивает нацеленность на внутренний мир людей, погруженных в невыразимое горе.
«Костер на ветру» стал одним из первых прорывов «якутской волны» на международный уровень: премьера прошла на знаменитом Пусанском фестивале в Южной Корее, дальше было участие на литовских, финских, немецких и новозеландских площадках, а в Канаде фильм завоевал приз за лучшую драму на одном из этнофестивалей. Этот успех, как покажут последующие годы, был не счастливой случайностью, а закономерностью, возникшей благодаря упорному труду увлеченных людей, готовых открыть якутский колорит всему миру.
Тайна Чингис-Хаана. 2009
Режиссер: Андрей Борисов
К концу 2000-х якутский кинематограф уже устойчиво демонстрировал свою жизнеспособность и рентабельность. На смену кустарным VHS-релизам с отвратительным звуком пришли скромные по бюджетам, но профессиональные работы молодых авторов, а крупные игроки активно учились распоряжаться большими деньгами.
«Тайна Чингис-Хаана» был фильмом из последней категории: проект задумывался как размашистый исторический блокбастер, призванный вывести якутское кино на общенациональный (а то и международный) уровень. Амбиции не были беспочвенными: бюджет составил колоссальные 300 млн рублей, многолетние съемки проходили на красивейших локациях от Байкала до монгольских степей.
В основе сценария лежал эпический роман Николая Лугинова. Среди интернациональной команды хватало громких имен: Чингис-Хаана сыграл известный театральный актер Эдуард Ондар, а помимо него в фильме засветились боец ММА Олег Тактаров и Кэри Хироюки-Тагава — злодей Шанг Цунг из культового мистического экшена «Смертельная битва».
Увы, фильм ждал кассовый провал и гнев критиков. Насыщенный символизмом сюжет было сложно понять неподготовленным зрителям, батальные сцены грешили сумбурностью, а проседающая динамика повествования осложняла понимание событий для тех, кто не владел контекстом. И все же эта дорогостоящая неудача заслуживает своего почетного места в истории якутского кинематографа.
«Тайна Чингис-Хаана» не только стала впечатляющей — пусть и благодаря своей аляповатости — выставкой местных достижений, но и надолго закрыла эпоху грандиозных планов. С тех пор фокус внимания якутского кино сместился к локальным темам, способным вызвать глобальный резонанс. Вторая серьезная попытка взяться за исторический материал с голливудским размахом (и бюджетом в 250 млн рублей) случилась только в начале 2020-х, когда на экраны вышел боевик «Тыгын Дархан».
Беги. 2005
Режиссер: Константин Барашков
На рубеже столетий якутский кинематограф переживал беспорядочный, но бурный период становления. Он формировался на базе советской школы, при этом молодые авторы уже впитали клиповый стиль MTV и хлесткий тарантиновский юмор. Из этого сочетания и сложились ключевые предпосылки поднимающейся в 2000-е «якутской волны».
Одним из самых характерных ее примеров стала криминальная комедия «Беги», снятая небольшой студией «Алмазфильм» и воплотившая многие тенденции эпохи. Это незатейливая, но чрезвычайно динамичная история про молодого парня, который после ссоры с родней угоняет семейную машину и ненароком разбивает иномарку местного авторитета, затем вместе с загадочной девушкой пускается в бега.
Фильм Константина Барашкова (позже снявшего еще один комедийный хит «Кэскил») остался практически неизвестным за пределами Якутии, но в республике приобрел статус «народного кино», отлично ухватившего дух времени. Покосившиеся деревянные домишки и раздолбанные дороги здесь соседствуют с первой Playstation и гламурными нарядами.
Особого колорита добавляет то, что главные роли достались непрофессиональным актерам. Незадачливого деревенского пацана сыграл обычный старшеклассник (на кастинг он попал случайно), а его подругу — студентка (и чемпионка по легкой атлетике). Выглядит происходящее в кадре зачастую донельзя наивно, однако в этой простоте есть захватывающее обаяние юности, помноженное на провинциальную эстетику нулевых.
