Жюль Верн: двигатель прогресса

Жюль Габриэль Верн родился 8 февраля 1828 года на острове Фейдо, в портовом городе Нант. Отец, потомственный адвокат, настоял на католическом и юридическом образовании. Полученный в духовной семинарии Сент-Донатьен чуждый прозорливому уму опыт Жюль впоследствии трансформировал в мистический роман «Священник в 1839 году». Религиозная тема будет часто всплывать в его произведениях, а научные и географические открытия лишь укрепят веру в существование беспристрастного Бога-Творца.

Будущий фантаст жил в просоленном Нанте, куда прибывали корабли со всего света, мечтал о путешествиях и писал неуклюжие стихи своей возлюбленной, кузине Каролине Тронсон. В возрасте 11 лет он решил уплыть в Индию на шхуне «Корали» за кораллами для своей пассии. Неизвестно, чем кончилось бы дело, но несостоявшегося юнгу под смех матросов увел домой разгневанный отец. В 1847 году Жюль поехал учиться в парижскую школу права. К тому моменту он уже решил стать писателем, но еще не заявил об этом отцу, осуждавшему страсть сына к литературному труду, любовь к морю и свободе. А в Париже вовсю гулял ветер перемен, он подхватил и понес юношу.

Революция, столкновение с авторитетами, чьи книги так любил, и отдаленность от дома пошли на пользу. Студенческая жизнь столицы закружила, и вместо заучивания скучных документов Жюль все чаще выбирал сочинительство или поход в театр. Однако экзамен на юриста сдал.

Верн завел дружбу с Александром Дюма-младшим. Вместе они написали и поставили комедийную пьесу «Сломанные соломинки». Молодого человека пугала перспектива отправиться в армию, к суровым порядкам которой он испытывал неприязнь. Также ему перестало хватать денег. Мысль, что отец прав насчет писательского ремесла и нужно возвращаться в Нант для карьеры адвоката, терзала душу. Вероятно, на фоне стресса ухудшилось здоровье: начались периодические боли в животе, которые преследовали потом до конца жизни. Кроме того, впервые случился паралич лицевого нерва. Тем не менее Верн упорно собирал информацию о научных открытиях, писал стихи и песни.

Неожиданное знакомство с Пьером-Мишелем-Франсуа Шевалье, главным редактором журнала «Семейный музей», позволило встать на ноги. Шевалье предложил писать рассказы с научно-технической подоплекой. Так зародилась фирменная инженерная и географическая фантастика Жюля Верна:

«Я старался распространять современные научные знания. Когда я говорю о каком-нибудь научном феномене, то предварительно исследую все доступные мне источники и делаю свои выводы, опираясь на множество фактов. Что же касается точности описаний, то этим я обязан всевозможным выпискам из книг, газет, журналов, различных рефератов и отчетов, которые у меня заготовлены впрок».

Помимо письменных источников Верн опирался на опыт множества знакомых: от путешественника Жака Араго до феминистки Жорж Санд. Математики, физики, химики и астрономы — все внесли свой вклад в его произведения.Завистники даже подозревали, что за фантаста пишет группа авторов.

В 1862-м известный издатель Пьер-Жюль Этцель заключил с Верном сделку на три тома в год. Благодаря стабильному доходу родилась серия произведений «Необыкновенные путешествия», в нее вошло почти 70 романов. Эта работа заняла больше 40 лет (с 1862 по 1905 год). Любопытная деталь: по договору издательство обещало дополнительные гонорары в случае повышенного интереса к книге. В эту категорию попали практически все произведения Верна.

К моменту знакомства с Этцелем писатель уже набил руку на научно-популярных статьях, театральных постановках и рассказах. Также ему пришлось некоторое время совмещать творчество и работу на Парижской фондовой бирже. Во-первых, из-за ссоры со своим покровителем Шевалье, во-вторых, из-за женитьбы на Онорине де Виан-Морель — женщине с двумя детьми от первого брака.

В 1859 году видевший лишь Нант и Париж писатель, наконец, совершил морское путешествие до Шотландии, а в 1861-м — до Стокгольма. Из-за этого даже пропустил рождение единственного сына, Мишеля, который потом в числе первых возьмется переносить тексты отца на экран.

В отличие от Мишеля Онорина так никогда и не оценит литературный талант мужа, но всегда будет радоваться деньгам от продажи книг. Писатель быстро понял, что эта женщина не принесет ему счастья. А вот море…

«Не могу равнодушно видеть, как отчаливает судно — военное, торговое, даже простой баркас, чтобы всем своим существом не перенестись на его борт, — писал он. — Я, должно быть, родился моряком и теперь каждый день сожалею, что морская карьера не выпала на мою долю с детства…»

В 1865 году Верн купил яхту и назвал «Сен-Мишель» в честь сына и покровителя французских моряков. Исключительно комфортно чувствуя себя в «плавучем кабинете», писатель провел много времени в море. Он сменил три судна, и все носили одно имя.

Последнее было роскошной двухмачтовой шхуной длиной почти 30 метров и стоимостью 55 000 франков — огромные для того времени деньги. На ней Верн прошел тысячи миль, побывал в десятке стран. Материальный успех писателя породил множество недоброжелателей. Они утверждали, что фантаст часто путается в фактах, а популярность — это заслуга театральных мелодрам по мотивам его посредственных романов.

Писатель зажигал юные сердца сюжетом, но из-за однозначно положительных и отрицательных персонажей интеллектуалы не считали его книги серьезной литературой, для них Жюль Верн оставался «попсой». Не испытывали восторга от отчима и приемные дочери. Девушки переняли от матери презрение к его мечтательной натуре, но при этом ревновали к Мишелю. Супруге тоже не доставляло удовольствия править и переписывать черновики.

Увы, и маленький Мишель оказался избалован матерью сверх меры: изматывал нервы учителям, все ломал, сбегал с уроков и в 17 лет уже был отъявленным хулиганом, бездельником, транжирой. Пришлось сдать его в нантский исправительный дом, а затем устроить помощником штурмана.

Лишь спустя годы парень взялся за ум, но прежде отцу пришлось продать любимую яхту «Сан-Мишель III», чтобы покрыть долги сына.

Так в 1886 году в него дважды выстрелил племянник Гастон, страдавший маниакальным психозом. Одна пуля попала в бедро, из-за этого Верн хромал до конца дней.

Такая жизнь наложила отпечаток на творчество. В романах фантаста усложнилась интрига, он стал чаще и злее рассуждать об угнетении, политике и борьбе за права. Верн, как впоследствии и Джон Толкин, предупреждал об опасности технологий. Он не был предсказателем, но хорошо умел работать с информацией, поэтому предположил появление ядерного и химического оружия.

Писатель словно и вправду заглядывал в будущее и, находясь в расцвете славы, уже чувствовал, в каком душевном состоянии проведет последние годы жизни. В 1860-х Верн написал свою самую депрессивную книгу, но напечатали ее лишь в 1994-м. Роман «Париж в XX веке» с полным правом можно назвать антиутопией. Этцель сразу забраковал произведение, в котором «ни идей, ни чувств, ни оригинальности, ни простоты», видимо, решил, что картина безрадостного будущего не принесет денег. И действительно, время показало, что зрелое творчество Верна, в котором больше неопределенности, больше тревоги за человечество, нравится читателям меньше.

В «Париже в XX веке» Верн рисует мир, где художнику тесно под гнетом индустриализации. Люди живут в небоскребах, общаются по видеосвязи, слушают электронную музыку, ездят на лифте, в метро и автомобилях с двигателем внутреннего сгорания, а злодеи кончают жизнь на электрическом стуле. Интересно, как отреагировали бы на роман, будь он напечатан в XIX веке?

Своим творчеством Жюль Верн направил мысль многих исследователей и конструкторов: от Константина Циолковского до Фритьофа Нансена; Дмитрий Менделеев называл фантаста «научным гением»; идеей двойного корпуса «Наутилуса» воспользовался изобретатель подлодок Альфред Максим Лобёф и совершенно серьезно считал Верна соавтором.