Черные-черные метки: что сулит нам погибель

Страх смерти — непреходящий для человека, можно сказать, его шестое чувство. Хотя все авторитетные учения, кроме исторического материализма, утверждают, что ее, смерти, по большому счету и нет. А вот суеверия есть, и это, говорят они (эти учения), — плохо и чушь на постном масле.

Однако люди продолжают верить в самые немыслимые приметы и, похоже, никогда не прекратят. Их можно понять. Ведь больше всего пугает неизвестность, а примета — заранее предупреждает о приближении неудачи, банкротства, болезни и даже кончины. Уже легче. Суеверие же вообще позволяет избежать множества неприятностей: не делай того-то, и то-то не случится.

Так чего же нельзя делать, чтобы застраховаться от скорой погибели? На что обратить особое внимание, чтобы не пропустить ее приближение? Прежде всего на все, что повторяется трижды: три черные кошки по пути, три красных светофора подряд, три чоха или других звука, издаваемых телом, и так далее. Примета верная, имеет под собой крепкую историческую основу.

Каждая мойра извещает человека о проделанном ею действии либо кошкой, либо икотой, либо чем-то еще, что непременно повторится трижды. Дважды или четырежды — не считается.

Правда, в Советском Союзе эта примета была здорово дискредитирована. Странно, но с массовым строительством многоквартирных домов совпал рост популярности утверждения: если позвонили в дверь, ты открыл, а там никого, и так три раза, то к гадалке не ходи — ты покойник. Жителей первого этажа «хрущевок» в те годы можно было безошибочно определить по тревожному лицу, рассеянности и одновременно настороженности. Именно им сигналы о скорой смерти поступали не то что чаще всего, а просто — регулярно.

Позже выяснилось, что предвестниками кончины были не мойры, а пионеры и школьники, которым нечем заняться во дворе в отсутствие детских площадок. Их выбор квартир на первом этаже очевиден: после звонка легче скрыться незамеченным.

Это возмутительный пример фальсификации сакрального, а приметой, которую невозможно подделать, остается залетевшая в комнату птица. Особенно черная. Пернатые не просто взлетают в небо, а долетают до Небес. После этого они приносят в дом весточку от усопших родственников: мол, готовься, наконец-то свидимся.

Правда, известны случаи, когда назначенное таким образом рандеву откладывалось на десятилетия. Тут многое зависит от того, каким путем птица попала в дом. Если зашла в открытую дверь — это вообще ничего не значит. Если же влетела через печную трубу, то и дело — труба.

Кстати, при всей важности птиц ожидать от кукушки достоверного ответа на вопрос «сколько мне осталось?» — бесполезно. Традицию интересоваться у этой безответственной твари своим долголетием заложили люди с нежелезными нервами. Подолгу находясь в лесу из-за какого-то дела, они не выдерживали монотонного, на одной ноте и в одном регистре «ку-ку».

Чтобы хоть как-то подсластить себе эту пилюлю, они придумали спрашивать птицу «за жизнь». Если в ответ быстро перестанет куковать — хорошо, этого и добивались; если долго не уймется — тоже неплохо: а вдруг и правда столько проживу?

Однако вернемся к безотказным приметам. Если рядом с домом заухала сова, завыла собака, если во сне выпал зуб или поманил умерший человек — значит, кто-нибудь, где-нибудь, когда-нибудь непременно умрет. Примеры, когда эти приметы не сработали, не известны.

Не стричь ногти после заката, не включив освещение. В темноте можно пораниться и занести какую-нибудь заразу. Владимир Маяковский примерно так потерял папу. Корейцы и японцы к тому же уверены, что вместе с обрезками ногтей мышь утащит в нору и душу того, кто их настриг.

С ножницами вообще надо быть осторожнее: нельзя ими клацать вхолостую и оставлять раскрытыми. И в том, и в другом случае о них могут порезаться злые духи и тогда непременно отомстят. В Египте это не вызывает сомнений.

Явную гигиеническую подоплеку имеет и грозящее смертью австралийское суеверие — не надевать уличные ботинки за обеденным столом (хотя кому такое взбредет в голову?!).

И снова о корейцах. Они никогда не пишут красным карандашом или фломастером имена здравствующих, только усопших. У корейцев отправить живому человеку поздравительную открытку, написанную красным, все равно что у британских пиратов послать черную метку.

Как корейцы пишут имена умерших красным, так и японцы вертикально втыкают палочки в рис только на похоронах. В быту живому человеку это делать опасно. Также во избежание смерти японцу нельзя передавать еду палочками и указывать пальцем на могилу.

Например, запрет свистеть ночью связан с опасностью обнаружить себя перед вражеским разведчиком. Накликать погибель, прикурив третьим от одной спички, действительно несложно: на первом прикуривающем снайпер заметил огонек, на втором прицелился, в третьего выстрелил.

Летально опасную примету — дарить часы значит ограничивать время жизни — явно придумали мужчины, у которых супруги и любовницы постоянно просили новенькие золотые часики с бриллиантами.

Говоря о приметах, предвещающих смерть, многие утверждают, что корейцы (опять они!) боятся включенного на ночь вентилятора. Но это не суеверие, как и наши российские запреты стоять под стрелой или подходить близко к краю платформы. Вентилятор, работающий в комнате спящего, не совсем здорового человека, гипотетически может ускорить его смерть от нарушения дыхания или сбоя в терморегуляции. Еще один резон выключать прибор — экономия электроэнергии.