Албанские пирамиды: революция из-за мошенников

В 1997 году финансовый кризис в этой стране привел к массовым протестам. Все закончилось гражданской войной, сменой правительства и гибелью почти 2000 человек. А началось — с доверчивых людей, вложивших последние сбережения в мошеннические схемы. 

Время перемен 

Доверчивость албанцев в 1990-х во многом объяснялась тем, что страна почти полвека находилась в полной изоляции. Под руководством главы социалистического правительства Энвера Ходжи были разорваны контакты не только с капиталистическими державами, но и с вроде бы дружественными странами Восточного блока.

СССР и Куба, Китай и Камбоджа — все они чем-то не устраивали албанского лидера. В результате к моменту падения социалистического режима в 1991-м население имело весьма смутное представление о мире по ту сторону границы. Это незнание наложилось на энтузиазм уставших от ограничений албанцев. Они ринулись открывать для себя все прелести рыночной экономики. 

Многие надеялись, что при капитализме смогут быстро разбогатеть или по крайней мере поднять уровень жизни. Поначалу казалось, так и будет: с 1993-го по 1995-й албанский ВВП рос более чем на 8 % в год. Международный валютный фонд назвал молодую восточноевропейскую демократию примером успеха свободного рынка и реформ. Албанцы смотрели в будущее с надеждой. 

Gilles BASSIGNAC / Getty Images

Однако экономика страны оказалась не готова к столь стремительному росту. Банки и правительственные ведомства не имели возможности проверять легитимность новых предприятий. Из-за этого Албания стала идеальным местом для мошенников. Их излюбленным форматом были финансовые пирамиды — инвестиционные схемы, основанные на постоянном привлечении новых людей под предлогом выгодных вложений.

Первые вкладчики действительно получают высокую прибыль за счет денег тех, кто приходит позже. Так продолжается, пока фантастические ставки не вызовут подозрения или пока фирма не сможет выплачивать обещанные проценты из-за нехватки новых инвесторов. Тогда вкладчики панически — и почти всегда безуспешно — пытаются вернуть сбережения. 

В Албании к 1996 году образовалось около 25 таких пирамид. 

Никто не учил население финансовой грамотности. Чиновники, которые должны были следить за соблюдением законов, нередко сами участвовали в преступных схемах. СМИ выступали сообщниками: мошенники покупали рекламу на ТВ и в газетах. Албанцы же относились к тому, что видели по телевизору и в печати, как к безусловной истине. 

«Мы даже не собирали яйца из-под наших куриц, чтобы приготовить детям завтрак, — вспоминал один из поддавшихся мании албанцев. — Мы их сразу продавали, а все деньги вкладывали в пирамиды. Это и привело к трагедии».

Албанию охватила эйфория. Каждый шестой гражданин отдавал мошенникам все, что у него было. Многие так боялись упустить шанс, что продавали дома. Фальшивые фирмы расширялись и вкладывались в реальные проекты — например, в строительство гостиниц и заправок. В глазах публики это придавало им респектабельности. Но долго так продолжаться не могло. 

Лопнувший пузырь

Крушение схем началось в 1997 году с фирмы под названием «Суде». Ее основала бывшая сотрудница обувной фабрики Максуде Кадёна. Она обещала чуть ли не 100 % прибыли. А когда поток инвесторов все-таки иссяк, стало ясно, что заплатить по обязательствам не получится. Заподозрив неладное, тысячи растерянных вкладчиков собрались под окнами Кадёны в Тиране. Дама вышла на балкон с мегафоном и обратилась к людям:

«Все кончено. Это была пирамида. Моя компания обанкротилась. И не надо требовать у меня денег». 

 В тот же день руководительницу «Суде» поместили под арест — не только по подозрению в мошенничестве, но и чтобы защитить от разъяренной толпы. Падение «Суде» произвело эффект домино. В последующие недели другие пирамиды тоже объявили о банкротстве. Инвесторы были в шоке и не знали, как реагировать.

Тирана через день после демонстраций разорившихся инвесторов

Bernard Bisson / Getty Images

Максуде Кадёна

Public Domain

Тогда-то обнищавшие в одночасье албанцы и вспомнили, кто убеждал их доверять пирамидам. Это были не только журналисты и телеведущие, но и высшее руководство страны, включая президента Сали Беришу. Именно он отмел подозрения Международного валютного фонда, когда тот забил тревогу из-за обилия фирм-пустышек в Албании. Бериша обвинил иностранных экспертов в попытках затормозить экономический рост государства и призвал граждан не слушать паникеров.

К тому времени правительство уже пыталось реабилитироваться за попустительство. Власти заморозили активы нескольких компаний и вернули инвесторам половину денег. Но общественное недовольство было уже не потушить. Перед зданиями фирм начали собираться многотысячные толпы. Люди требовали вернуть вклады. Полиция оказалась бессильна против столь массовых сборищ. 

Президент Сали Бериша

Bernard Bisson / Getty Images

Вскоре протесты охватили все крупные города. К марту 1997-го они переросли в масштабное восстание: на юге страны люди проникли на армейские склады и похитили примерно 700 тысяч винтовок, полтора миллиарда патронов и три с половиной миллиона гранат. Многие полицейские и военные дезертировали. Правительство подало в отставку. Следующие несколько месяцев царили хаос и анархия. 

Гнев народа 

Президент Бериша объявил чрезвычайное положение. Протестующие жгли автомобили, захватывали и громили здания, мародерствовали, вступали в перестрелки с правительственными силами. Пылало по всей стране. В городе Люшня взяли в заложники главу партии демократов Тритана Шеху, когда тот отправился на стадион, чтобы успокоить разъяренных граждан, но в конце концов отпустили невредимым. Полицейские вступали в стычки с протестующими, но насилие со стороны властей лишь провоцировало агрессию. 

Однажды пятеро мужчин вломились в национальную казну под столицей и вынесли золото на несколько миллионов долларов. Позже все они получили тюремные сроки. Наряду с обычными протестующими громить города начали бандитские группировки. Они сражались за территорию между собой и с полицией. В результате погибли около 2000 человек. Среди них — гражданские, члены банд и госслужащие. 

Langevin Jacques / Getty Images

Sion Touhig / Getty Images

Параллельно за власть боролись разные политические силы. Оппозиция винила в кризисе президента. Прошел референдум за реставрацию монархии, упраздненной в начале Второй мировой войны. Большинство высказалось против. 

Восстановить порядок удалось лишь в августе благодаря вмешательству нескольких тысяч миротворцев ООН. 

Бериша согласился уйти в отставку. На внеочередных президентских выборах победу одержал лидер социалистов Реджеп Мейдани: напуганные происходящим албанцы проголосовали за проверенный временем вариант. Новое правительство победило хаос, но лишь частично: на восстановление разрушенных городов ушло много лет, а похищенное оружие позже использовали повстанцы в ходе Косовской войны. Власти оценили убытки примерно в $ 200 млн. Албания приходила в себя долго и мучительно. 

Финансовые пирамиды в 1990-х получили распространение в Польше, Румынии, странах бывшей Югославии, да и в России — как тут не вспомнить три заветные буквы «МММ». Но ни в одной из этих стран мошеннические схемы не достигли такого размаха, как в Албании. На пике деятельности финансовые обязательства «Суде» составляли почти миллиард долларов — и это при том, что ВВП страны тогда был меньше трех миллиардов. В результате Албания на несколько месяцев стала зоной боевых действий. Кому-то мечты о лучшей доле стоили сбережений, а кому-то — жизни.