Отец Небесный ратует за умеренность, поэтому алчущие вынуждены выдумывать себе всевозможных божков, которые не гнушаются платить за воздаваемые им почести звонкой монетой. Некоторые из этих персонажей весьма забавные, с увлекательной историей.
Экеко
Это божество пришло в мифологию Перу и Боливии из доколумбовой эпохи. Представители культуры Тиуанако почитали его как приносящего изобилие, удачу и богатство. Божок выглядел как плотненький радушный человечек с усами, в традиционной теплой шапочке и пончо. На нем висели все символы достатка, какие только можно представить. Раньше это были початки маиса, бутыли молока, куски вяленого мяса, сегодня к этому прибавились — пачки банковских билетов, айфоны и автомобильчики.


Человек в костюме Экеко
Ciudades
Статуэтка Экеко
david.unruhe
Чтобы получить от Экеко желаемое, надо повесить на него мешочек со своим пожеланием и поднести ко рту фигурки зажженную сигарету. Если из нее потянется дымок, значит все исполнится.
В католическую традицию Экеко проник, по видимому, в 1781 году, во время восстания под предводительством Тупака Катари. Войска мятежников осадили город Ла-Паса, и жители вынуждены были семь месяцев умирать от голода.
Паулита Тинтайя — возлюбленная одного повстанца Исидро Чокеуанки — была служанкой в доме богатого испанца дона Рохаса. Исидро подарил ей статуэтку обвешенного мешочками человечка, похожего на дона, ведь от него зависела судьба влюбленных. В разгар голода в осажденном городе случилось чудо: каждое утро рядом со статуэткой появлялись кукурузные зерна, лепешка из киноа и кусочек вяленого мяса ламы.
Паулита делилась этим с истощенными хозяевами. Так девушка завоевала их благосклонность и после снятия осады получила разрешение на свадьбу, а народ, узнав удивительную историю, понял, что это Экеко вернулся! Правитель освобожденного города приказал ежегодно устраивать карнавал в честь древнего божка. Хотя, по совести, чествовать следовало Исидро: это он каждую ночь пробирался из лагеря повстанцев за крепостную стену и приносил провиант.
Максимон
Это божество потомки майя до сих пор почитают в некоторых городах Гватемальского нагорья как народного святого. В его образе соединились черты генерал-капитана Гватемалы Педро де Альварадо, апостола Петра, Иуды Искариота и языческого божества Мама.
В эпоху глобализации культ Максимона распространился на обе Америки вплоть до Канады. В разных регионах его могут называть по-своему: Сан-Симон, Риладж Мам, Великий Дед, но суть остается одна — божество покровительствует удаче в бизнесе, его просят устранить (в том числе физически) конкурентов и помочь в различных темных делишках.

Алтарь Максимона в Гватемале
Francoise CAVAZZANA / Getty Images
Его жизнеописание тоже разнится. По одной версии, рыбаки наняли его защищать добродетельность своих жен, а он переспал с ними со всеми. За это ему сломали ноги и свернули шею. По другой, шаманы сделали его в виде деревянного истукана, чтобы защищал от ведьм. Но также были вынуждены стреножить из-за неправильного поведения. Тогда Максимон притих и стал исполнять свои функции.
Сейчас Максимон обычно выглядит как метровая фигура в шляпе и деловом костюме или традиционной одежде майя. Иногда носит солнцезащитные очки. Бывает, курит сигару. Жертвы принимает в виде денег, табака и алкоголя.
Айтварас
Чтобы получить богатство, литовские крестьяне заводили себе Айтвараса — духа-покровителя, летавшего по ночам огненным змеем к соседям, чтобы украсть драгоценности и продукты для своего хозяина. В представлении литовцев Айтварас деградировал от божества до приспешника дьявола, но они все равно не брезгуют к нему обращаться.
Более того, каждый стремится завести собственного Айтвараса. Для этого надо либо заложить душу дьяволу, либо вырастить существо самому. Тогда придется 7 лет держать в доме черного петуха, пока не снесет яйцо. Если кочет откажется высиживать птенца, это придется сделать самому человеку, у себя подмышкой.

Выступающие в костюме Айтвараса на параде в Кракове
APN-PL
Когда Айтварас вылупится, поселится в доме под видом кота или домашней птицы, а ночами будет исправно летать в виде огненного змея за добычей. В легендах говорится, что, если в сторону Айтвараса кинуть щепку, обратно прилетит монетка.
В свободное от разбоя время Айтварас любит заплетать гривы лошадям и объедаться блинами либо омлетом. Если хозяин поскупится на угощение, выкормыш может улететь, спалив на прощание дом.
Цзинь Чань
Это существо в древности было жутким демоном в виде золотой жабы. Оно терроризировало китайцев, пожирало целые стада домашнего скота и убивало людей ради развлечения. На помощь соотечественникам пришел даосский монах, маг и алхимик Лю Хайчань. В страшной схватке он отрубил Цзинь Чаню заднюю лапу, но не стал добивать, а вылечил. В благодарность Цзинь Чань стал повсюду следовать за Лю Хайчанем и, завидев бедняка, выплевывать в его сторону серебряные и золотые монеты.


Лю Хайчань с Цзинь Чанем на спине
Shanghai Museum
Статуэтка Лю Хайчаня и трехлапой жабы
Etnografiska Museet
Сегодня Цзинь Чаня изображают в виде золотой лягушки с тремя лапами, красными глазами и раздутыми ноздрями, сидящей на куче старинных китайских монет с квадратными отверстиями. Если фигурка держит монету во рту, то по фэншую ее нужно расположить мордочкой от входной двери, если же нет, то наоборот, чтобы втягивала богатство к хозяину.
Эскуланус и Аргентинус
У древних римлян было очень своеобразное отношение к потусторонним покровителям. Мало того, что свой бог был буквально у всего, так с ним еще и заключали договора. Человек, посчитавший, что дух не выполнил свои обязательства или предоставил некачественную услугу, подавал на него в суд.

Статуи древнеримских богов Эскулануса (бронза), Аргентинуса (серебро) и Ауринуса (золото)
National Library of the Netherlands
Как только в Риме появились первые металлические монеты, сразу же появился и их покровитель — Эскуланус (Aesculanus, от латинского aes — «медь», «бронза»). Шли годы, республика разрасталась и, захватив Грецию, стала использовать серебряные эллинские драхмы.
Тут же в римском пантеоне прибавился бог Аргентинус, покровитель новых монет. Жрецы постановили, что раз Аргентинус как бы наследует более древнему Эскуланусу, то он является его законнорожденным сыном. Эту теологическую логику впоследствии высмеял в своем трактате «О граде Божьем» раннехристианский святой Аврелий Августин. Он задался резонным вопросом: если у медных монет был Эскуланус, у серебряных — Аргентинус, то почему над золотыми не поставили внука Ауруминуса?









