Уличные единоборства: капоэйра, сават и бартитсу

Возникновение единоборств, как и многое в Южной Америке, связано с историей рабовладения. Невольников здесь были миллионы, сбежавших с плантаций — сотни тысяч. В тропическом лесу бывшие рабы основывали целые поселения — киломбасы. Там, в столкновениях с отрядами карателей, появилась своеобразная система самообороны — капоэйра.

Довольно быстро она проникла обратно на плантации. И вот уже та среда породила главные особенности боевого искусства. Во-первых, маскировка под танец (ведь иначе никто не позволит упражняться в том, что пригодится для восстания). Во-вторых, песенное сопровождение — так предупреждали о приближении надсмотрщика.

Упор на удары ногами, но постоянное движение и уклоны тоже очень важны. Плантаторы ходили с ружьями, преимущественно однозарядными — можно атаковать, пока враг достает новый патрон. 

Упор на удары ногами, но постоянное движение и уклоны тоже очень важны. Плантаторы ходили с ружьями, преимущественно однозарядными — можно атаковать, пока враг достает новый патрон. Но руки рабов часто были скованы, поэтому бить приходилось тем, что оставалось свободным, в том числе головой.

После 1888 года, когда официально отменили рабство, положение темнокожего населения не особо улучшилось. Бедность заставляла влачить жалкое существование в фавелах, где царила преступность. Ее костяком стали банды капоэйристов.

Естественно, теперь руки применялись вовсю, но в них чаще всего были нож, палка, мачете или опасная бритва — амплитудные движения и удары с раскрутки превращали ее в жуткое оружие. Искусность мастеров капоэйры подтверждает газетная статья того времени: в ней говорится, что некий Мануэль дус Рейс Машаду, более известный как Местре Бимба или Три удара, обезоружил и избил семерых полицейских, решивших затащить его в участок.

После того как власти, серьезно обеспокоившись криминальной обстановкой, начали уничтожать банды и запретили капоэйру, она ушла в подполье. Но уже в XX веке вернулась в народ в более мягком виде, без травматичных спаррингов и полноконтактных соревнований.

В конце XVIII — начале XIX века во Франции зародились сразу две системы, в которых использовались удары ногами. Одна пришла из Марселя, портового города. В те времена моряки любили такую игру: два матроса надевали мягкие тапочки и били друг друга ногами, хватаясь на покачивающейся палубе за такелаж. По названию обуви боевое искусство прозвали «шоссон», хотя на улицах морские волки дрались в твердых ботинках.

У бедноты в парижских подворотнях было другое развлечение: двое выходили в круг, чтобы руками и ногами нанести сопернику как можно больше повреждений — били по голеням, коленям, в пах. Для этого надевали тяжелую обувь с жесткой подошвой.

После Французской революции эти шоссон и сават смешались. К 1825 году уличный боец Мишель Кассо и его ученик Шарль Лекур соединили техники, убрали калечащие удары и добавили приемы из английского бокса. Так появился современный вид спорта. Сават повлиял на рождение двух других стилей и органически существует в них.

Первый — ля канн (сражение тростью). Он появился, когда в 1870-м во Франции запретили носить шпаги. Дворянам и буржуа пришлось придумывать способы самозащиты. Когда грабители принялись потрошить обезоруженных обывателей, в ход пошли метровые палки с набалдашниками. Иногда с потайным лезвием.

В начале XX века умение орудовать тростью вместе с саватом подхватили апаши — бандиты с окраин Парижа. Они вернули в свой арсенал различные обманки и подлые приемы, например, натягивали на голову соперника его же куртку или, прежде чем провести прием, бросали в лицо шляпу.

Второй стиль, испытавший сильное влияние савата, — французский бокс, который был возрожден в 1960-е. Огромную роль в этом сыграл чемпион и менеджер боев Пьер Барузи. Это поединок на ринге в перчатках и жестких спортивных ботинках, разрешены высокие удары ногами, а руками — как в английской классике. По ля канну тоже проводят соревнования.

Огромную роль в этом сыграл чемпион и менеджер боев Пьер Барузи. Это поединок на ринге в перчатках и жестких спортивных ботинках, разрешены высокие удары ногами, а руками — как в английской классике. По ля канну тоже проводят соревнования.

В отличие от капоэйры и савата этот стиль появился «искусственно» — для противостояния уличным хулиганам. Его создатель, инженер Эдвард Уильям Бартон-Райт, проработал три года в Японии, где изучал джиу-джитсу и зарождающийся тогда дзюдо.

Вернувшись в Британию в 1898-м, он обнаружил, что газеты пестрят сообщениями о том, что уважаемого господина избили и ограбили уличные бандиты. Увидев в этом возможность для творчества, Эдвард создал собственную систему.

Джентльмен смешал элементы швейцарской национальной борьбы швинген, савата, английского бокса, боя на тростях по передовой системе Пьера Виньи и приправил все это японскими джиу-джитсу и дзюдо. 

Эдвард предложил тактический подход к уличной драке. Он рекомендовал на дальней дистанции работать тростью, на средней — бить ногами в голень, колено, пах и руками по лицу, а на ближней — бороть, ломать и душить.

Свой клуб бартитсу Бартон-Райт открыл с помпой в фешенебельном районе Лондона, Сохо, в 1899 году. Для тех времен тренер был удивительно толерантен: на его занятия могли приходить женщины, и позже даже появилось отдельное направление «суфраджитсу».