Утопии: суперконтинент Атлантропа

Автором задумки, которая одно время всерьез рассматривалась главами отдельных государств, был немецкий инженер и архитектор Герман Зёргель. Атлантропа стала делом всей его жизни, он неустанно продвигал эту идею с 1928 года вплоть до самой смерти в 1952-м.

Наблюдая за экономическим и гуманитарным кризисом, охватившим родную Германию после Великой войны (как раньше называли Первую мировую), Зёргель пришел к выводу, что ситуация с перенаселением, безработицей и нехваткой энергии в Европе будет только ухудшаться.

А радикализация многих соотечественников, приведшая на стыке 1920-х и 1930-х к подъему нацизма, убедила его в том, что новая война практически неизбежна — и едва ли международные организации с их зашкаливающей бюрократией смогут помешать новому конфликту.

Зёргель решил, что единственно возможное спасение для европейцев состоит в массовой миграции в Африку, где оставались огромные неосвоенные земли. Конечно, это означало, что будет притесняться коренное население, но такие «мелочи» немца не волновали. В этом плане он был типичным представителем своего времени.

В этом монументальном труде автор «Войны миров» рассказывал историю Земли с зарождения жизни до Первой мировой. Среди прочего там фигурирует теория о том, что Средиземное море изначально представляло собой долину, которая затем ушла под воду. Именно это навело Зёргеля на мысль о создании Панропы, или Атлантропы.

План состоял в следующем: построить несколько дамб, чтобы вырабатывать огромное количество электроэнергии и разделить Средиземное море. Первая дамба протяженностью почти 34 километра, по задумке немца, перегородила бы Гибралтарский пролив. Выдаваемых 50 тысяч мегаватт хватило бы для обеспечения энергией примерно 8 млн домов.

Вторая дамба должна была перекрыть Дарданеллы. Третья поднялась бы между Сицилией и Тунисом. Зёргель рассчитывал, что в результате уровень моря понизится на 200 метров и образуется более 660 тысяч квадратных километров суши. Это больше, чем территория Франции.

В дальнейшем Герман планировал установить еще две дамбы, уже в Африке, затопив бассейн реки Конго и образовав два моря — Чадское и Конголезское. За счет этого энтузиаст хотел изменить местный климат, сделав его более мягким и приятным для европейских переселенцев. Обилие пресной воды способствовало бы развитию земледелия.

В нем было бы задействовано огромное количество людей. Так Зёргель рассчитывал справиться с безработицей. А тесное взаимодействие между государствами во время работы над дамбами исключило бы новые крупные конфликты.

«По мнению Зёргеля, создание суперконтинента потребовало бы от стран таких серьезных вложений и человеческих ресурсов, что едва ли кто-то захотел бы тратить деньги и силы ради финансирования очередной войны», — объясняет культуролог и историк Рикарда Видаль.

Еще более надежным залогом мира среди европейских держав стал бы обоюдный контроль за вырабатываемым электричеством. Патронаж осуществлял бы независимый международный орган, уполномоченный в случае агрессивных действий одной из стран немедленно перекрыть ей подачу энергии.

Зёргель был пацифистом и мечтателем. Но, какой бы абсурдной ни казалась его идея в наше время, в 1930-х у нее нашлось немало сторонников. Люди заваливали его письмами поддержки, журналисты хвалили за смелость и называли гуманистом. 

А уж о положении миллионов африканцев и вовсе задумывались единицы. Зёргель выступал на радио, организовывал выставки и давал пресс-конференции. Со временем он стал одержим идеей суперконтинента. Однако правительства так и не захотели рисковать, вкладывая огромные суммы в идею, которая могла обернуться катастрофой.

В 1933 году к власти в Германии пришли нацисты, и Зёргель обратился к ним за поддержкой. Однако Гитлер решил расширять территорию Третьего рейха другими способами. Когда Европу, а затем и весь мир охватила новая война, Атлантропа окончательно перешла в разряд исторических курьезов и несбыточных фантазий.