Русская Шамбала: поиски Беловодья

В 1807 году крестьянин из Томской губернии Дементий Бобылев явился в приемную Министерства внутренних дел и рассказал удивительную историю. Якобы где-то в сибирской глуши есть «море Беловодье», где он побывал лично. Там живет сто тысяч семей русских старообрядцев, у них свои епископы, никто не платит податей, и крестятся там, как положено, двумя перстами.

На смех крестьянина никто не поднял. Наоборот, делом заинтересовались имперские чиновники. Распорядились выдать Бобылеву 150 рублей на дорогу и официальную бумагу для сибирского генерал-губернатора с просьбой помочь добраться до Беловодья. На 150 рублей в то время можно было купить 3–5 хороших лошадей или построить небольшой дом в уезде. Бобылев взял деньги, бумаги — и исчез навсегда.

В эту историю поверили неспроста. К началу XIX века слухи о таинственной земле вольных людей ходили по империи уже полсотни лет. Староверы тайно передавали друг другу рукописные путеводители с маршрутами до Беловодья. Государство знало, что где-то там, на восточных рубежах, действительно зреет неконтролируемая свобода.

Началось все с церковной реформы середины XVII века. Она расколола общество, и часть верующих решила, что государство попало под власть антихриста. Так родилась идея, что истинная, чистая Русь никуда не делась, она просто ушла из видимого мира в потаенные земли. В дополнение к этому еще в 1714 году Петр I официально обложил старообрядцев двойным налогом со двора. А позже Сенат распорядился отправлять раскольников на принудительные работы на уральские и сибирские заводы и содержать под караулом.

Легально существовать в такой системе сложно. За первое столетие после раскола на север, за Волгу и в Сибирь бежали, по разным оценкам, несколько десятков тысяч человек. В какой-то момент это превратилось в массовый исход. Главным документом великого переселения стал «Путешественник».

Это небольшое рукописное сочинение, которое старообрядцы передавали друг другу как настоящую карту. Маршрут вел из Москвы через Казань, Екатеринбург, Тюмень, Барнаул и Бийск к алтайским старообрядческим селам на реках Бухтарма и Уймон. Затем 44 дня через китайские земли и пустыню Гоби к берегам «Окияна-моря», за которым лежало «Опоньское царство» (Японское) или то самое Беловодье.

Там, если верить тексту, на 70 островах стояло 170 церквей ассирийского языка и еще 40 русских, землей правило только духовенство, а судов и податей не было вовсе. Авторство приписывали некоему иноку Марку из Топозерского скита, глухого староверческого центра в карельских лесах. Он якобы в конце XVIII века сам прошел этот путь с двумя товарищами. Был ли Марк реальным человеком или собирательным образом, историки спорят до сих пор. 

В рукописи рассказывалось, где найти ночлег и еду, к кому обратиться за помощью и прочее. По сути, это была инструкция «для своих» по безопасной нелегальной миграции с явками и паролями. В дополнение к карте по христианским общинам империи стали ходить «подметные письма» якобы от тех, кто уже добрался до заветных земель. В них беглецы восторженно сообщали, что живут у святых отцов и процветают, «яко финики и яко кипарисы».

Чаще всего за этими письмами стояли циничные проводники-мошенники. Они разыгрывали перед неграмотными крестьянами целые спектакли, обещая довести до рая, собирали с людей последние деньги, вели в Сибирь или Китай, а там бросали посреди глухой тайги или пустыни Гоби. Получив такое послание, крестьяне могли за бесценок продать скот, сжечь или оставить дома и сняться с места целыми общинами.

Однажды легенда почти материализовалась. В 1760-х беглые заводские рабочие и старообрядцы осели в труднодоступных ущельях Алтая, вдоль реки Бухтарма. После разгрома Джунгарского ханства эти земли какое-то время не принадлежали ни России, ни Китаю. Беглецы, которых позже прозвали «каменщиками» за умение выживать среди скал, построили независимую общину.

Основатели поселения — крестьянин Афанасий Селезнев и семьи Бердюгиных, Лыковых, Коробейниковых и Лысовых. Они распахивали землю, охотились на пушного зверя, разводили пчел и маралов, торговали с кочевыми племенами, алтайцами и китайскими купцами. Ни чиновников, ни законов — практически Беловодье.

Осознавая, что рано или поздно эти земли захватят, «каменщики» сыграли на опережение и подали прошение принять в российское подданство. Екатерина II их простила и включила край в состав империи, но на уникальных условиях. Еще около ста лет бухтарминцы числились в России на правах инородцев. Они не платили обычных податей, отдавали налог мехом и были освобождены от страшной для староверов рекрутской повинности.

Идиллия закончилась в 1874 году. «Каменщиков» лишили особого статуса, официально зачислили в обычное крестьянское сословие и начали забирать в царскую армию. Но мечта об идеальном убежище никуда не делась. Многие тогда рассудили, что если Бухтарма перестала быть свободной, Беловодье просто передвинулось дальше на восток, в Китай, Монголию, Японию, к Тихому океану. А сама Бухтарма служит перевалочной базой для новых беглецов.

В 1897 году партия из 130 алтайских старообрядцев под предводительством крестьянина Антипа Холмогорова ушла из деревни Белой за Бухтармой в поисках Беловодья. Ориентируясь на «Путешественник», они пересекли Синьцзян, вышли к озеру Баграшкуль и заготовили впрок мясо, чтобы идти через пустыню Такла-Макан.

Китайские власти, не понимая целей упрямых бородачей, отказывались давать им документы и конвоировали от оазиса к оазису. Преодолев больше 5000 верст за два года, измученная группа попыталась прорваться через Тибет, но наткнулась на глухую стену хребтов и окончательно распалась. Выживших китайцы депортировали в Россию, что разрушило их мечты об убежище.

В 1898 году трое уральских казаков-старообрядцев решили зайти на Беловодье с океана. Самое удивительное, что деньги на это им частично выделило Русское географическое общество, а отправку курировал лично писатель Владимир Короленко. Казаки вышли на пароходе из Одессы, прошли Средиземное море, Суэцкий канал, Индийский океан, добрались до Сингапура и, наконец, до Японии. Того самого «Опоньского царства» с православными епископами они не нашли. Осознав, что легенда врет, казаки доплыли до Владивостока и по Сибирскому тракту вернулись на Урал.