Эта женщина. единственная соло-путешественница: Сара Маркиз

В детстве у Сары было 17 родных дядюшек и тетушек, все семейные, с тремя-четырьмя детьми. Для нее это кошмар. Животные ей нравились гораздо больше людей. В 8 лет она убежала в лес со своей собакой. Тогда ей удалось провести в пещере только одну ночь. Ее нашли, вернули домой, но не отругали: поняли, что бороться с такой страстью к путешествиям бесполезно.

В детстве у Сары было 17 родных дядюшек и тетушек, все семейные, с тремя-четырьмя детьми. Для нее это кошмар. Животные ей нравились гораздо больше людей. В 8 лет она убежала в лес со своей собакой. Тогда ей удалось провести в пещере только одну ночь. Ее нашли, вернули домой, но не отругали: поняли, что бороться с такой страстью к путешествиям бесполезно.

Ее коллегами были мужчины, от которых она натерпелась всякого, — и это не прибавило ей человеколюбия. Зато закалило волю, научило быть сильной. Возможно, тогда и оформилось ее желание путешествовать в одиночку. В 17 лет девушка освоила верховую езду и отправилась в свое первое дальнее приключение — по Турции на лошади. Это был ее единственный более или менее комфортный поход.

После конной поездки Маркиз выбрала для себя испытания на выносливость и чистое страдание, а главное — одиночество. В 2000 году Сара прошла пешком от канадской границы до мексиканской за четыре с небольшим месяца. Вдохновленная своими силами, она отправилась в Новую Зеландию.

В результате приключение продлилось 4 дня. Но за это короткое время путешественница успела испытать особое чувство, которое с тех пор не дает ей покоя, и она упорно ищет его по всей планете.

Маркиз вернулась на родину, устроилась в бар и за зиму накопила на билеты до Новой Зеландии и обратно. Только на билеты — большего не требовалось. Во втором путешествии по этим краям Сара решила проверить, сможет ли прожить 30 дней на подножном корме. И смогла, правда, на грани фола: подводная охота оказалась не таким простым делом, как выглядит на экране. В итоге у Маркиз из белковой пищи были одни мидии, женщина похудела на 9 килограммов. Зато в этой экспедиции Сара вновь испытала то уникальное чувство, которое знакомо лишь избранным счастливцам.

В 2002 году Маркиз впервые нашла для своего путешествия спонсора — компанию The North Face. Сара приготовила яркую презентацию, но думает, что не это повлияло на положительное решение. Просто, когда люди узнали о такой сумасбродной затее, уже не могли безучастно сидеть сложа руки и решили хотя бы дать ей в дорогу несколько рюкзаков, палатку и какую-никакую добротную одежду. Сара уже привыкла, рассказывая людям о своих планах, слышать в ответ: «Ты чокнутая!».

Из продовольственных запасов она не взяла с собой ничего. Из орудий промысла — то же, что и дети, сбегая в лес из летнего лагеря: рогатку, трубку-плевалку со стрелами, проволоку и сетку для ловушек.

Охотилась она в основном на варанов и гекконов, а в зимнее время собирала личинки насекомых. Сара старалась как можно реже встречаться с людьми, а если такое случалось, то скрывала себя под мешковатой одеждой, широкополой шляпой, платком и черными очками, чтобы нельзя было ни разглядеть лица, ни определить пола.

Воду она добывала, собирая конденсат, — выкопав глубокую яму или обвязав полиэтиленом куст. Если влага требовалась срочно — пила змеиную кровь. Ночевать старалась, прижавшись к стволу какого-нибудь эвкалипта или акации. Там, в Австралии, на равнине Налларбор, Сара встретила свою любовь — искривленное одинокое древнее дерево.

Маркиз многократно проходила по 30 километров в день, в том числе в снегоступах, с 35-килограммовым рюкзаком за спиной. После Австралии Маркиз уже не могла убивать животных, для нее это стало равнозначно убийству друга. Поэтому она решилась взять с собой хотя бы рис и галеты. Запас оказался достаточно велик — 55 килограммов, пришлось сконструировать тележку.

Сара самостоятельно готовила снаряжение, прокладывала маршруты, отмечала места, где пополнить провиант. Подготовка заняла два года, и 20 июня 2010-го, в свой 38-й день рождения, сказав на камеру: «Пора в путь», она вышла из Иркутска и двинулась на юг: за спиной огромный рюкзак, в руках навьюченная тележка.

Из примечательного в ее багаже было: большой складной нож, антибиотики широкого действия, масло чайного дерева для массажа стоп, зарядное устройство на солнечных батареях, маячок, смартфон, спутниковый телефон, компас и розовая пижама из мериносовой шерсти.

Маркиз пишет в своей книге, что первые полгода пути чувствовала себя как в стиральной машинке: волнение, физическая и эмоциональная боль. И самое тяжелое — сомнения: а оно тебе надо? Сара ни о чем не думала, только о сне: может быть, после него станет лучше. Но, попав на территорию Монголии, ей пришлось лишиться и сна. Посреди бескрайних равнин, по которым гуляют песчаные бури, ее заметили подвыпившие конные батыры. В первый набег они разорили лагерь, а потом несколько недель по вечерам возвращались с более конкретной целью.

В эти месяцы ее чувства обострились настолько, что она за много метров могла уловить запах шампуня в волосах человека. Маркиз описала свое состояние примерно так: интеллект больше не управляет тобой, ты становишься тем, кем тебя хочет видеть природа, — диким существом.

Несмотря ни на что, Сара прошла свой путь максимально честно. Даже когда ее пришлось эвакуировать из Монголии в больницу из-за абсцесса на десне и распространившейся инфекции, она после лечения попросила вернуть ее в ту же точку, откуда забрали, чтобы пройти своими ногами весь маршрут.

В дальнейшем Маркиз больше не обращала внимания на такие мелочи, как украденный китайскими детьми смартфон, стрельба из автоматов, устроенная вокруг ее палатки лаосскими наркоторговцами, лихорадка денге, из-за которой приходилось привязывать себя к дереву, чтобы не уйти куда-то в бреду, и прочее.

Путь по Таиланду уже воспринимался как легкая прогулка. Оттуда грузовой корабль увез Сару в Брисбен. Оказавшись в Австралии, она пересекла две трети континента с востока на запад, дошла до своего искривленного одинокого древнего дерева, коснулась рукой сухой шершавой коры и со словами «я вернулась» села на землю. Так завершился пеший поход на 16 000 километров, длившийся три года.